Лаис Разящая

Про альдова посла он вспомнил только к вечеру второго дня после возвращения. Неохотно поморщился – Советник как-то путанно объяснял, почему не вручил уведомление о высылке господину послу, то ли найти его не смог, то ли причину было толком не сформулировать… но это, наверное, и к лучшему. Всё же неуважительно как-то совсем получилось бы. А так Ирислав сам с господином послом побеседует, постарается его убедить, что несмотря на огромное желание дружить с альдами, постоянный посол им в принципе не очень-то здесь нужен. Раз намёков альды не понимают…

Велев позвать посла, князь продолжил чтение накопившихся писем и документов. Заслышав шаги встал, дочитывая последний абзац весьма интригующего донесения, и попросил:

– Всего ещё одну минуту, господин Аделайс, с вашего разрешения.

– Без проблем, Ваша Светлость, – отозвался женский – женский! – голос.

Князь выронил письмо и поднял взгляд. Альды вообще красивый народ. Чёткие, прямые черты, яркие глаза, смуглая, невероятно гладкая кожа…На предыдущих послов уже после пары дней начинали вешаться девки, на этом они несколько раз и сыграли: стоило альду – а они темпераментные! – поддаться искушению и вступить в связь с одной из девиц, ему тут же сообщали, что именно к этой девице воспылал нежными чувствами князь, и просили покинуть страну. Теперь же так не выйдет. В нежных чувствах ни к кому из дружинников князь признаваться не намерен, да и вообще он как-то неожиданно против, чтобы госпожа посол одарила своей благосклонностью кого-то из них. И что уж совсем лишнее, и неподобающее – князю хочется госпожу посла самому. Вот на этом столе, например. Или у той стены. Да даже на полу! Он уже и не помнит, хотелось ли ему когда-нибудь так женщину. Обычно он получал желаемое куда раньше, и до такой степени наваждения не доходил.

Аделаис. Лаис. Девушка-богиня. Девушка-альд. Когда она говорила про страшное лицо, он подумал про шрам. Ожог. Следы оспы или другой болезни. Но она была идеальна, а намекала совсем на другое – страх перед альдами.

– Лаис, – взяв себя в руки, почти что по-дружески сказал князь. – И что же вы хотите? Теперь-то скажете?

Хорошо всё-таки, что он не стал ничего ей обещать, хоть ему и в голову не могло прийти, кем она окажется.

По губам девушки скользнула лёгкая улыбка.

– Не отсылайте меня ещё хотя бы три недели, князь. Это позор – вернуться раньше.

– И всё? – недоумённо спросил Ирислав.

– Всё, – подтвердила девушка, прямо выдерживая его взгляд. От зелени её глаз кружилась голова. Надо развеяться. Найти какую-нибудь зеленоглазую смуглянку и сбросить накопившееся от мучивших его снов напряжение.

– Оставайся, – кивнул князь.

Чёрт с ним, с предсказанием. В конце концов, если бы не Аделаис, его род бы и так уже прервался. Вернее, продолжился бы, но без его участия, детьми его подлого племянника, от одного воспоминания о котором становилось пакостно и зло.

– У меня для вас подарок, – мурлыкнула девушка, проигнорировав его переход на «ты». Вряд ли не заметила. Брезгует предлагаемой дружбой? Или ждёт официального предложения? Кто их альдов разберёт. Как-то раньше князю не было дела до их нравов и традиций…

Он принял из рук девушки шкатулку.

– Что это, любезная Аделаис?

– Шкатулка с перепиской вашего несостоявшегося, насколько я понимаю, тестя, – усмехнулась она.

– Как ты там вообще оказалась? – прищурился он.

– Гуляла, – невозмутимо отозвалась она. – Ваш Советник разрешил. Благодарю за аудиенцию, Ваша Светлость. Увижу вас через три недели перед отъездом!

– Завтра. За ужином, – выдохнул князь, прежде чем понял, что именно делает.

– За ужином, – чуть прищурилась Лаис, – я задаю много вопросов. Очень много.

– Я тоже, – в тон ей отозвался князь.

Девушка чуть склонила голову, а её губы тронула лёгкая улыбка:

– До завтра, княже.

Глава 3

Лаис сама не знала, зачем согласилась. С князем было…интересно. И то, что она – альд, не заставило его бояться. И меньше хотеть её тоже не заставило, – чуть усмехнулась она сама себе. Впрочем, последнее как раз объяснимо – экзотика. Скоро и остальные, кто посмелее, начнут наматывать вокруг неё круги, пытаясь подкатить, и уповая на слухи о любвеобильности альдов. Она фыркнула, переоблачаясь в отведённой ей комнате из парадного камзола в неприметную тёмную одежду.

Ну не в комнате же ей сидеть? Тем более что под посольство альдов в городе выделен дом. Вот только обжить его никто не успевает…

Лаис отправилась туда. Что-то ей подсказывало, что, вероятно, ей придётся задержаться тут не на три недели, а гораздо дольше. Расположенный в надёжном укрытии огромной крепостной стены, город кипел, бурлил и веселился. Девушка специально сделала крюк, пройдя и через рыночную площадь и мимо нескольких кабаков, выставивших столы на улицу. Горожане своего князя любили. Почти боготворили. Ещё помнили, как жилось в затянувшуюся междоусобицу, и ценили мир. И даже о его любвеобильности они говорили хоть и с внешним осуждением, но с затаённой гордостью – дескать, вот он какой удалой. Во всём удалой.