Лавка древностей. Часть 2

Онъ возвратился домой какъ разъ къ назначенному времени и прямо прошелъ къ больной. Когда они остались вдвоемъ, Нелли заплакала. Прослезился и учитель, глядя на ея осунувшееся личико, хотя онъ энергически протестовалъ противъ такой слабости, — говорилъ, что это безуміе съ ихъ стороны, которое легко можно избѣгнуть: стоитъ лишь захотѣть.

— Мнѣ, просто, совѣстно подумать, сколько хлопотъ мы вамъ надѣлали, сказала Нелли. — И чѣмъ я въ состояніи буду доказать вамъ свою глубокую благодарностъ за ваше доброе участіе къ намъ? Если бы не вы, я умерла бы на дорогѣ, и тогда онъ остался бы одинъ-одинешенекъ на свѣтѣ.

— Что за пустяки. Теперь нечего говорить о смерти. A хлопотъ вы мнѣ никакихъ не дѣлаете. Знаете ли, вы мнѣ принесли счастіе. Послѣ того, какъ вы переночевали у меня, я получилъ другое, лучшее мѣсто.

— Да неужели? радостно воскликнула дѣвочка.

— Меня назначили школьнымъ учителемъ и вмѣстѣ съ тѣмъ клеркомъ въ одну деревню, отстоящую далеко и отсюда, и отъ моего прежняго мѣстожительства. И, представьте себѣ, я буду получать 35 ф. въ годъ!

— Какъ я рада, какъ я рада, твердила Нелли.

— Туда-то я и отправляюсь теперь. Мнѣ собственно предложили ѣхать въ дилижансѣ, т. е. на имперіалѣ — нечего сказать, они ничего для меня не жалѣютъ, — но такъ какъ времени впереди было достаточно, я рѣшилъ идти пѣшкомъ, и очень радъ, что мнѣ пришла въ голову такая счастливая мысль.

— A для насъ-то какое это счастье!

— Да, да, хорошо, что все такъ случилось, говорилъ учитель, ерзая безпокойно на стулѣ. — Разскажите же мнѣ теперь, вы-то откуда и куда шли, что вы подѣлывали съ тѣхъ поръ, какъ мы разстались? и вообще мнѣ хотѣлось бы имѣть хоть какое нибудь понятіе о вашей прежней жизни. Правда, я очень мало знаю свѣтъ и людей — можетъ быть даже вы опытнѣе меня въ этомъ отношеніи и скорѣе могли бы мнѣ дать какой нибудь практичный совѣтъ, чѣмъ я вамъ, но я искренно къ вамъ расположенъ и, какъ вамъ извѣстно, не безъ основанія люблю васъ. Мнѣ кажется, что съ тѣхъ поръ, какъ умеръ мой милый мальчикъ, — на вашихъ глазахъ, — вся моя любовь къ нему перешла на васъ. Если это чудное созданіе возродилось въ ней, прибавилъ онъ, устремляя глаза къ небу, — да водворится миръ въ моей душѣ: я всѣмъ сердцемъ люблю и жалѣю этого ребенка.

Онъ говорилъ съ такимъ благородствомъ и искренностью, съ такимъ дружескимъ учасгіемъ; каждое его слово, взглядъ дышали такой неподдѣльной правдивостью, что дѣвочка почувствовала къ ниму безграничное довѣріе, которое нельзя было бы вызвать въ ней никакими, даже самыми искусными ухищреніями и притворствомъ. Она разсказала ему всю печальную исторію своей жизни: что у нихъ не было ни друзей, ни родныхъ, что они бѣжали изъ дому, боясь, какъ бы ея дѣдушку не засадили въ сумасшедшій домъ, а теперь она бѣжитъ съ нимъ, спасая его отъ него самого, и ищетъ такого уединеннаго уголка въ какомъ нибудь патріархальномъ мѣстечкѣ, гдѣ бы онъ былъ огражденъ отъ соблазна и гдѣ они могли бы пользоваться относительнымъ спокойствіемъ.

Учитель слушалъ ея разсказъ съ глубокимъ изумленіемъ.

«Этотъ слабый ребенокъ, думалъ онъ, такъ настойчиво и такъ геройски боролся съ нищетой, страданіями, со всевозможными опасностями и сомнѣніями, и въ этой борьбѣ ее поддерживала лишь всесильная любовь и сознаніе долга. Впрочемъ, чему я удивляюсь? Міръ полонъ такого будничнаго, всевыносящаго героизма, о которомъ никто не знаетъ и никто не кричитъ».

Мы не станемъ распространяться о томъ, что онъ думалъ и говорилъ по этому поводу. Скажемъ только, что онъ убѣдилъ Нелли и ея дѣдушку отправиться вмѣстѣ съ нимъ въ ту деревню, гдѣ онъ получилъ мѣсто, обѣщая найти ей какое нибудь занятіе, которое обезпечивало бы ихъ существованіе.

— Я убѣжденъ, что это мнѣ удастся: слишкомъ хороша цѣль, чтобъ ей погибнуть прахомъ, говорилъ онъ.

Рѣшено было совмѣстно продолжать путешествіе на другой день вечеромъ, сговорившись съ фурщикомъ, который долженъ былъ въ это время проѣзжать мимо гостинницы, чтобы онъ, за небольшую плату, далъ мѣсто Нелли внутри фуры: ихъ путь лежалъ въ одномъ направленіи. Все устроилось какъ нельзя лучше. Фурщикъ, конечно, согласился: дѣвочку усадили въ фурѣ между мягкимъ товаромъ — учитель и дѣдушка должны были идти пѣшкомъ — и шествіе тронулось среди прощальныхъ криковъ и всякихъ пожеланій со стороны добрыхъ хозяевъ и всѣхъ обитателей гостинницы.