Читаем Лавкрафт: История Жизни полностью

Стерлингу (1920-1995) в то время не было пятнадцати. Он был членом фанской

организации под названием Лига Научной фантастики (Science Fiction League), и его семья

недавно переехала в Провиденс, где он посещал Классическую среднюю школу. Зная, что в

городе живет признанный мастер мистической фантастики, Стерлинг с дерзостью юности

осмелился представиться ему самым прямолинейным способом. Но когда они начали

обсуждать науку и научную фантастику, насмешливое изумление Лавкрафта сменилось

восхищением:


Черт меня побери, если мелкий бесенок не рассуждал как человек лет 30 - поправляя все

ошибки в болтовне о нынешней науке, проносясь по фактам & цифрам со скоростью миля в

минуту & обнаруживая вкусы & суждения ветерана. Он уже продал рассказ в "Wonder"... &

переполнен идеями... Надеюсь, он не окажется занудным - но я ни за что на свете не стал бы

отговаривать его от его попыток. Он действительно выглядит изумительно

многообещающим парнишкой - & хочет стать биологом-исследователем.


Стерлинг время от времени навещал Лавкрафта весь следующий год, но осенью 1936 г. он

отправился в Гарвард, где в 1940 г. получил диплом бакалавра наук; три года спустя он

получил медицинский диплом в университете Джонса Хопкинса. Он много лет провел в

штате Колледжа врачей и хирургов Колумбийского университета и в Department of

Veterans Affairs Medical Center в Бронксе. Его интерес к мистике и научной фантастике

довольно быстро угас, но он все-таки успел написать одну примечательную вещицу.


3-5 мая Лавкрафт отправился в Бостон повидаться с Эдвардом Х. Коулом и, невзирая на

необычно холодную погоду, сумел-таки попасть в любимый Марбльхед. Самиздат стал

темой бесчисленных дискуссий, так как НАЛП раскалилась от множества разногласий и

усобиц, от которых Лавкрафт старался держаться в стороне (хотя потихоньку поддерживал

тех, кого считал более достойными уважения и с большей вероятностью способствующими

общему делу самиздата), но в которые его с течением времени втянули вопреки желанию.

Но в то время он был просто наблюдателем. 25 мая Чарльз Д. Хорниг, бывший редактор

"Fantasy Fan", навестил Лавкрафта в Провиденсе.


К тому моменту Лавкрафт уже вовсю планировал новое великое южное путешествие -

последнее, как окажется, в его жизни. Дело в том, что в начале мая Барлоу пригласил его во

Флориду, погостить неопределенное время. Лавкрафт, естественно, был склонен

согласиться, и дело упиралось только в деньги; пока 29 мая Лавкрафт не заключает

оптимистично: "Считаю сестерции & думаю, что смогу это сделать!"


Поездка началась 5 июня. Достигнув Нью-Йорка в начале дня, он обнаружил, что времени

так мало, что он не успевает навестить никого, даже Фрэнка Лонга. Вместо того он провел

время в Проспект-парке, Бруклин, за сочинением открыток, прежде чем в 21.40 сесть на

автобус до Вашингтона. Прибыв туда в 6.15 утра 6-го числа, он немедленно пересел на

другой автобус, до Фредериксберга, сумев выкроить шесть часов на осмотр города и

сочинение открыток, прежде чем сесть на последний автобус до Чарлстона, которого он

достиг утром 7-ого. Проведя две ночи в автобусах, Лавкрафт избежал расходов на

гостиницы или общежитие YMCA. Ночь 7-ого числа он все-таки провел в YMCA Чарлстона -

после целого дня осмотра достопримечательностей. В конце следующего дня он сел на

очередной автобус, до Джексонвилла, где оставался в гостинице, пока следующим утром

(9-ое) не сел на новый автобус, до Де-Лэнда.


И снова мы по большей части не знаем, чем занимался Лавкрафт во время своего

беспрецедентно долгого пребывания у Барлоу (9 июня - 18 августа). Переписка с друзьями

- наш единственный ориентир, и на сей раз у нас нет подспорья в виде воспоминаний -

написанных тогда или позднее - самого Барлоу. В открытке Дональду и Говарду Уондри,

посланной в июле, Лавкрафт дает некоторое представление о своем досуге:


Программа почти такая же, как в прошлом году, за исключением того, что отец Боба -

полковник в отставке - теперь дома. Брат Боба Уэйн - чудесный парень 26 лет - был здесь

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее