Легендарный Василий Буслаев. Первый русский крестоносец

– Мы не хотим обижать дорогого гостя. Пусть он вернется к отцу победителем, ведь юноши так честолюбивы!

– О да, прекрасная государыня, Абу-Малик очень честолюбив! – закивал головой в тюрбане смуглый горбоносый бей.

Русичи, наблюдавшие за ходом поединков, негромко переговаривались между собой:

– Ай да чернявый! Всех одолел!..

– С самим графом Орлеанским справился. Молодец!

– А как он Гийома Неверского обезоружил, видели?

– Ульрих фон Лаубах тоже славный рубака, но и он без меча остался!

Василий, молча слушавший эти восхищенные отзывы своих дружинников, вдруг с решительным видом встал со скамьи.

– Ладно, други мои, теперь мой черед садиться наперед! – сказал он. – Потаня, дай-ка мне свой меч.

Худион схватил Василия за рукав рубахи.

– Одумайся, Вася! Опозоришься токмо.

– Срам – не дерьмо, к сапогам не липнет, – усмехнулся Василий.

Потаня протянул Василию меч. И напутственно произнес:

– По-арабски рубится султаненок. Вспомни, как мы с ширванцами сражались. Их вожака Али-Акбара вспомни!

Многочисленные зрители примолкли, когда глашатай зычным голосом объявил:

– Для поединка на мечах выходят царевич Гасан Абу-Малик и русский витязь Василий Буслаев!

Василий двинулся на соперника, сжимая в правой руке свой меч, а в левой – меч Потани. Сын султана ждал его с улыбкой на устах, не двигаясь с места и делая плавные вращательные движения над головой своими сверкающими саблями.

Первые выпады русича сын султана отразил с легкостью и сам перешел в наступление, приседая и совершая обманные движения. Дважды сарацинский изогнутый клинок просвистел над самой головой Василия. Однако Василий не пытался отражать его своим мечом, зная по опыту, что Абу-Малик только того и ждет. Все соперники Абу-Малика, по-видимому, до сего случая не сталкивались с арабской техникой владения мечом, когда на грубую силу отвечают ловкостью, а за всякой кажущейся ошибкой воина кроется величайшее мастерство.

Василий познал арабскую технику владения клинком, когда нападал на арабские торговые караваны в Ширване. Он многое запомнил для себя с той поры. Теперь эти навыки пригодились ему.

Стараясь подловить новгородца на какой-нибудь оплошности, Абу-Малик сам попался на уловку Василия при очередном замахе сабли. Василий с силой рубанул по его сабле снизу вверх и выбил ее из руки Абу-Малика. Сверкнув на солнце, изогнутый клинок с посеребренной рукоятью отлетел далеко в сторону и воткнулся в землю.

При виде этого раздались бурные радостные крики зрителей. Никто не ожидал, что русич, вышедший на поединок в простой льняной рубахе, без кольчуги и шлема, сумеет сотворить такое.

Оставшись с одной саблей против двух мечей, Абу-Малик перешел к защите. Он по-прежнему улыбался, словно подзадоривая соперника.

Василий наступал, поочередно нанося удары то с левой, то с правой руки. Внезапно один из его мечей сломался.

Среди зрителей прокатился вздох сопереживания и беспокойства.

Элеонора невольно прижала руки к груди, а Людовик нервно закусил губу.

– Против ихней стали наша-то, конечно, дрянь! – проворчал Фома, напряженно следя за поединком.

– Да будет тебе каркать! – прикрикнул на него Худион.

– Спокойней, Вася, – шептал Потаня, – спокойней. Не давай ему крутить мечом. Вот так!.. А теперь наноси удар!.. Еще!.. Еще!.. Молодец!

Толпы зрителей взорвались криками, когда Василий сильнейшим мастерским ударом из-за головы обезоружил сына султана и наступил ногой на саблю, выпавшую из его руки. Абу-Малик стоял в растерянности перед Василием, улыбка исчезла с его лица.

– Славный воин этот русич! – с уважением проговорил старый горбоносый бей. – Он сам не знает, какого мастера клинка одолел!

Людовик облегченно перевел дух. Элеонора от радости захлопала в ладоши.

На глазах у многих тысяч зрителей Абу-Малик подарил новгородцу одну из своих сабель.

Затем начались состязания в стрельбе из лука. И вновь отличился Абу-Малик. Лишь его стрела с пятидесяти шагов попала в золотое кольцо, подвешенное за нитку к перекладине, покоящейся на двух высоких стойках.

Когда промахнулись и Фома с Худионом, то Василий раздраженно воскликнул:

– Вы что, други, стрелять разучились! Фома, дай-ка мне лук.

Глашатай вновь объявил его имя. При полнейшей тишине Василий с первого раза поразил цель.

Абу-Малик предложил стрелять с семидесяти шагов.

Василий согласился.

Распорядители состязаний отмерили нужное расстояние.

Абу-Малик попал стрелой в кольцо со второй попытки. Василий опять угодил в цель с первого выстрела.

Теперь уже Василий предложил стрелять по кольцу со ста шагов. Сын султана выразил свое согласие. Вновь было отмерено нужное расстояние. Соперники взяли каждый по три стрелы. Как ни старался Абу-Малик, ни одна из его стрел не достигла цели. Василий же поразил цель с первой стрелы.

После этого все беи во главе с сыном султана выразили Василию свое восхищение.

Фридрих Швабский посвятил Василия в рыцари, подарив ему коня и полное рыцарское вооружение. Людовик же на торжественном застолье посадил Василия рядом с собой и оказывал ему всяческие знаки внимания.