Легенды и мифы Невского проспекта

С памятниками полководцам связано героическое поверье времен Великой Отечественной войны. Главный архитектор того времени Н.В. Баранов вспоминает, что «среди горожан существовало нечто вроде суеверия. Говорили, что, пока бомба или снаряд не заденет неукрытые памятники русским полководцам Суворову, Кутузову и Барклаю, врагу не бывать в городе». И действительно, памятники полководцам всю блокаду простояли открытыми, и ни один осколок снаряда их не коснулся.

Я иду, сверяя путеводный вектор,Сквозь мороз и ветер, сквозь туман и мглуПо гранитным плитам Невского проспекта,Глядя на Кораблик и его Иглу.Мне уйти на Невском просто от погони,Вырваться мне просто из оков-тисков.На мосту дежурят клодтовские кониВ вечном ожиданье редких седоков.Окна старых зданий прячут чьи-то жесты.Гаснут пересуды за моей спиной.И Екатерина подтверждает жезломТочность направленья, выбранного мной.Исчезают в прошлом горькие детали.Время заметает пятна и следы.Михаил Кутузов и Барклай-де-ТоллиОхраняют Невский от какой беды. ***

От канала Грибоедова до Фонтанки

1

В непосредственной близости к восточному крылу Казанского собора Невский проспект пересекается с каналом Грибоедова. Руслом канала, проложенного в XVIII веке в центре Петербурга, стал проток, известный на старинных картах как Глухая, или Черная, речка. Она была такой извилистой и эфемерной, то исчезая в болоте, то вновь появляясь на поверхности, что в Петербурге середины XVIII века ее название чаще всего произносилось во множественном числе – Кривуши. Вскоре болото, из которого она вытекала, осушили, а саму Глухую речку соединили с Мойкой и на участке от Конюшенной площади до Невского проспекта, насколько это было возможно, выпрямили. С 1767 года река стала называться каналом, которому дали официальное имя – Екатерининский. Впрочем, в народе вот уже более двухсот лет его называют «Канавой», «Екатерининской канавой» или «Катькиной канавой». К этим микротопонимам добавилось современное жаргонное название «Климат». Так на молодежном сленге называют набережную канала у станции метро «Канал Грибоедова».

В 1923 году каналу присвоили имя писателя Грибоедова. Именно так. Вероятно, для большей убедительности. В то время поговаривали о некоем революционере Грибоедове, павшем в боях за светлое будущее всего человечества, за что якобы и обессмертили его имя в городской топонимике. Бытует в Петербурге еще одна легенда. Будто канал назван в честь однофамильца писателя Александра Сергеевича Грибоедова – Константина Грибоедова, много сделавшего не только для благоустройства Екатерининского канала, но и для реконструкции инженерных сооружений всего города. Надо сказать, эта легенда родилась не без серьезных оснований. В начале XX века Константин Дмитриевич Грибоедов был хорошо известным, авторитетным специалистом в сфере канализации, «активным борцом за чистоту и здоровье города». Он служил главным инженером управления Императорского кабинета, был автором проектов очистных сооружений в Петербурге, Царском Селе и во многих других городах России. В научных кругах известны его работы о канализации. Так что уточнение профессиональной принадлежности автора «Горя от ума» рядом с топонимом «Канал Грибоедова» в то время могло оказаться вовсе не лишним. К имени военного инженера Константина Дмитриевича Грибоедова мы еще вернемся в третьей части этой книги.