Легкие. Как у вас дела?

Летом ко мне на прием нередко приходят пациенты с сухим кашлем, чувством жжения в дыхательных путях и рассказывают, что только что вернулись из похода по Альпам. У нас в Ульме и в Ной-Ульме очень популярны общества любителей пеших походов, и летом они организуют походы в высокогорные альпийские районы. Но, к сожалению, нередко за эпизодическим кашлем и, казалось бы, небольшим летним гриппом скрываются повреждения слизистых оболочек озоном: участники этих походов вдыхают огромные количества озона безо всякой защиты, что может вызвать настоящий ожог слизистых оболочек и, как следствие, соответствующие симптомы.

Но неужели это возможно? Выходит, самые высокие концентрации озона в горах? Тогда, вероятно, самые низкие должны быть в городах, расположенных в долинах? Так оно и есть. Я не шучу!

Чтобы разобраться, в чем дело, нужно понимать, как возникает озон. О₃ возникает, когда окислы азота (NO₂ и ему подобные – их называют также NOx) реагируют на солнце, и решающую роль здесь играет ультрафиолетовое излучение. Этот процесс имеет обратный ход, если NO₂ продолжает образовываться и без УФ-излучения, то есть в условиях ночного транспортного потока. Тогда утром показатели озона в Ульме, а также на площади Штахус в Мюнхене, где автомобильное движение не останавливается ни днем, ни ночью, будут снова на нуле, и все начнется по новой. Это создает видимость, будто никакой проблемы нет. Но как бы не так: даже если NO₂ ночью не образуется – то есть в горах и лесах, – озон остается неизменным и проявляет свое вредоносное воздействие.

К сожалению, добрая часть загрязнителей воздуха образуется именно изо дня в день в среде, непосредственно окружающей нас, и люди очень хорошо ощущают, как в их городе обстоят дела с ограничениями транспортного движения. И чем явственнее они это чувствуют, тем восприимчивее становятся их дыхательные пути.

РАЗВЕ ЭТО НЕ ЧУДОВИЩНО, ЧТО ЗАГРЯЗНЕННЫЙ ВОЗДУХ ГОРОДОВ ОТРАВЛЯЕТ ОКРЕСТНОСТИ И НЕ ТОЛЬКО ГУБИТ ЛЕСА НА СКЛОНАХ ГОР, НО И НАНОСИТ УЩЕРБ НАШИМ ЛЕГКИМ? И ПРИЧЕМ ИМЕННО ТОГДА, КОГДА МЫ ПОЛАГАЕМ, БУДТО, ПРЕБЫВАЯ НА ПРИРОДЕ, МЫ ЗАРЯЖАЕМСЯ ЗДОРОВЬЕМ НА БЛАГО СВОЕМУ ОРГАНИЗМУ!

Помочь людям, основываясь на имеющихся на сегодняшний день технических решениях, – это очевидная и разумная задача каждого муниципального образования.

Если улучшением процессов проблему решить не удастся, мы непременно должны прийти к другим выходам.

Так, например, послабление могли бы принести оптимизация работы общественного пригородного транспорта; координация использования личного и общественного транспорта в пригородах. И конечно, перед обществом остро стоит вопрос, сколько моторизованных производителей тонкой пыли мы вообще готовы допустить в центры наших городов – проще говоря, это о запретах на движение транспорта.

А вот дискуссию о том, наносят ли вред электромобили или их производство, я считаю несущественной, когда вопрос стоит о том, каким воздухом дышать людям в наших городах. Прежде всего тем, которые уже страдают от астмы или от ХОБЛ и потому особенно восприимчиво реагируют на загрязнение воздуха.

Унесенные ветром? Едва ли!

На этот счет я то и дело вступаю в полемику с Торгово-промышленной палатой, которая любую дискуссию об ограничении движения транспорта и уменьшении выбросов вредных веществ рассматривает как карательный поход против предприятий среднего бизнеса и торговцев автомобилями. Так, к примеру, мои предложения по принятию мер местные органы управления назвали ерундой, ведь количество вредных выбросов в небе над Ульмом зависит якобы лишь от силы ветра, от того, шел ли дождь, и тому подобного.

Это, конечно, забавная аргументация. Грязь, которую производят на местах, при сильном ветре, разумеется, более разреженная, но она при этом выгрузится где-нибудь в другом месте.

ПРЕЖДЕ ЧЕМ РАЗМЫШЛЯТЬ О РАЗРЕЖЕНИИ ВЫБРОСОВ, РАЗУМНЕЕ БЫЛО БЫ ПОРАЗМЫСЛИТЬ НАД ТЕМ, КАК ЭТОТ МУСОР НЕ ПРОИЗВОДИТЬ. И ТОГДА НЕ БУДЕТ РАЗНИЦЫ, СИЛЬНЫЙ ЛИ ВЕТЕР И ОТКУДА ОН ДУЕТ, – ВОЗДУХ БУДЕТ ЧИЩЕ НЕЗАВИСИМО ОТ ПОГОДЫ.

В этом отношении все еще, к сожалению, продолжаются бурные дискуссии о загрязнителях воздуха, будто за последние десятилетия не накопилось никаких научных познаний и будто не наблюдался явный ущерб здоровью людей и окружающей среде. Лишь разговоры сотрясают воздух, будто это может разредить проблемы, и трубы растут в высоту, чтобы мусор лучше развеивался.