Леонид Квасников. Разведчик эпохи атома и космоса

XIX век, потом XX — довоенные годы, военные, послевоенные… Разведка и НТР неустанно работали. Противники России отслеживали успехи нашей разведки. Суть преемственности в работе разведки по всем направлениям заключается в коротком обобщении в устах директора ЦРУ: «Эта служба обладает традициями, корни которых уходят в далекое прошлое…» И еще — его рассуждение «о лучшей агентурной группе Второй мировой войны» — Кембриджской пятерке. Или мнение его последователя по линии ЦРУ: «…нам бы иметь в Москве хотя бы одного такого агента, как Абель…»

А вот как звучит оценка успехов и ученых, и разведки в «атомном проекте», выделенная крупным курсивом в модном журнале 90-х годов: «Информация разведки ускорила работы, а это дало выигрыш во времени. Выигрыш жизненно важный, потому что атомный шпионаж и „холодная война“ в 1950-е годы могли перерасти в войну горячую, атомную. Помощь разведчиков ни в коей мере не умаляет заслуги Игоря Васильевича Курчатова и его сподвижников. В невероятно сложных условиях они сумели в короткие сроки создать атомные щит и меч».

И сегодня снова и снова хочется отмечать тот факт, что за этой помощью разведчиков труднейшая работа Барковского в воюющей Англии и за океаном, Квасникова, Семенова, Яцкова, Овакимяна, Соколова и супругов-интернационали-стов Коэнов в США, а Феклисова в Штатах и Англии… За всем этим — огромная работа «на разведывательном поле» НТР, организованная усилиями Леонида Квасникова. Работа судьбоносной направленности, для оснащения Отечества ядерным оружием. А риск? Конечно, был и немалый. Так, по следам Яцкова шло ФБР, но ему удалось вовремя «эвакуироваться» за пределы Штатов.

И еще — подвиг супругов Коэнов продолжился по другую сторону океана, в Лондоне. Там в послевоенные годы, под руководством разведчика Бэна (Лонсдейла; Молодого) они добывали информацию по ядерной энергетике для атомных подводных лодок, а значит, для появления над Отечеством ракетно-ядерного щита морского базирования.

Источники советской разведки… На них опирался весь построенный Квасниковым «механизм» поступления ценнейшей информации по пяти операциям работы НТР, связанных с атомом, авиакосмической проблематикой, кибернетикой-электроникой, мощными ВВ, химбакзащитой и многими другими, столь нужными обороне и хозяйству страны и столь «запрещенными» к появлению на нашей территории.

Об источниках «гвардейцев Квасникова» стоит сказать несколько шире. Все «советское» время они сотрудничали за идею — антифашистскую, коммунистическую и социалистическую. И чем выше ставит человеческие ценности потенциальный источник информации, так называемый «сознательный интеллектуал», готовый за них бороться, тем чаще он обращает свои взоры на Советский Союз, а теперь — на Россию, антипод Америки. Именно такие чувства были у источников нашей НТР в Англии и США, а позднее — еще и в ФРГ, Италии, Франции, у людей «малых европейских стран». Правда, когда после победы над фашизмом началась «экономическая война» против соцслагеря, то в движение был приведен «механизм выгоды» (материальная основа сотрудничества) с нашей научно-технической разведкой. А различные формы и приемы этого «механизма» разрабатывались и материализовывались идеологом и стратегом Квасниковым и его «гвардейцами».

Причем это не всегда были кадровые сотрудники линии НТР, но и разведчики других линий, в поле зрения которых, в силу обстоятельств либо задания, появлялись источники для нужд НТР.