Леший знает что! (СИ)

"И правильно", - хотел сказать Буська, но отчего-то у него язык не повернулся. Ему стало жалко белку. С таким именем и впрямь не очень-то много счастья...

- Может, он просто забыл про тебя, - смущённо промямлил Буська, хотя знал, что Дядя Зюзя ни про кого просто так не забывает.

- Может, забыл, - грустно согласилась Зараза. Буська подумал ещё немного и сказал:

- Ладно. Можешь погулять немного по дому, пока старших никого нет. Только веди себя тихо.

Глава 5,

в которой всё оборачивается гораздо хуже, чем Буська мог представить

- Сиди смирно, - скомандовал Буська, посадив Заразу себе на плечо. Первые полминуты она добросовестно выполняла приказ, но в коридоре, завидев трюмо, всё-таки показала зеркалу язык. Буська в очередной раз почувствовал, что ему ещё туго придётся с этой белкой.

- Это наша горница, - сказал Буська и спустил белку на пол. - Если хочешь, попрыгай на диване - знаешь как здорово!

Он знал, что такой небольшой зверёк дивана не продавит, а развлечь Заразу как-то было надо. Белка подскочила и плюхнулась на диван.

- Ух ты, класс! - воскликнула она. - Чем он набит?

- Морской травой, - ответил Буська, - мы его от водяных из-за границы выписали. Удобный, правда?

Но Зараза уже потеряла интерес к дивану и уставилась на стенные часы над комодом. Часы громко тикали, и маятник раскачивался туда-сюда. Белка вытаращила глаза.

- А это чего такое?

Она скакнула на комод и схватила гирьку от часов. На тот случай, если вы не знаете - некоторые модели стенных часов заводятся с помощью двух гирь на цепочках, а эти гири обычно делают в форме еловых шишек (конечно, лешим такие часы больше всего нравятся). Вот эту-то "шишку" Зараза и цапнула зубом.

- Тьфу, сто ежей вам под одеяло! - закричала белка, выронив гирю. - Почему шишка железная?

- Вот дура-то, - сказал Буська. - Это гиря, а не шишка. Не едят её, ясно? А ну, раскрой рот.

Зуб у белки оказался не сломан - она куснула не слишком сильно. Хотя ощущения были не из приятных, Буська понимал. Белка немного успокоилась.

- А зачем она тут болтается?

- Часы ею заводят. Ты что, часов никогда не видела?

- Ври больше, - недоверчиво произнесла Зараза. - Часы - они малюсенькие, их на руке носят. Я у Бабы-Яги видела. И у Кикиморы тоже.

- Много ты понимаешь! У тех - швейцарские, их гномики делают. Потому и малюсенькие. А эти наш Вазга Волчок делал. Как мама с папой поженились, он им и сделал часы. И с тех пор часы всё хо...

Буська вдруг увидел, что белка его не слушает. Свесив хвост, она раскачивалась на маятнике часов.

- Ты с ума сошла! - взвился Буська и попытался схватить её, но маятник откачнулся чуть выше, и ему не хватило роста. Белка захихикала.

- Во как катает... аж голова кружится. Оп-ля!

Оттолкнувшись задними лапами, она спрыгнула с маятника на книжную полку. Разумеется, она не рассчитала, куда приземляться, и зацепила несколько книг, которые лавиной повалились на пол - вместе с самой Заразой. Буська едва успел поймать толстенное подарочное издание Малой Лесной Энциклопедии, прежде чем оно смогло расплющить белку в коврик.

Лёжа на "Истории русских болот", Зараза потирала ушибленные бока. Буська перевёл дух и водрузил энциклопедию назад на полку.

- Ну, всё, хватит с меня! - он протянул руку и схватил белку. - Уж теперь-то я тебе надеру уши!

Он не успел выполнить угрозу. У входной двери зазвенел колокольчик.

- Кто-то пришёл! - Буська бросил Заразу. - Иди спрячься за диван, мне придётся открыть.

Он галопом промчался через коридор, выскочил в сени и открыл дверь. На крыльце сидела сорока с почтовой сумкой через плечо. В клюве она держала конверт, слишком большой, чтобы поместиться в её сумке.

- Фам фыфмо, - сказала сорока, - вакавное.

- Что-что? - переспросил Буська. Сорока спохватилась, выплюнула конверт, прижала его лапой и повторила:

- Вам письмо. Заказное. Есть кто из взрослых дома?

- Никого, - ответил Буська, - дайте, я положу его папе на стол.

- Мальчик, - сорока склонила голову набок и искоса поглядела на Буську, - это заказное письмо. За него в ведомости расписываются. Ты хоть писать умеешь?

Буську её слова оскорбили. У него под матрасом лежала наполовину исписанная тетрадка с приключенческим романом, который он начал сочинять прошлым летом. Но он почувствовал, что говорить сороке про приключенческий роман не следует.

- Мне десять лет, между прочим, - сообщил Буська. - Погодите, я ручку принесу.

Он побежал назад в дом. На ходу он соображал, где взять письменные принадлежности. У него самого были только огрызки карандашей. Ближе всего была кухня, от которой проку никакого не было. Напротив кухни - комната Тяпы. Надеясь, что ему не попадёт от сестры, Буська влетел в её комнату, схватил со столика авторучку, захлопнул за собой дверь и вернулся на крыльцо.

- Здесь, - сорока раскрыла свою книжку. Буська расписался, взял у неё конверт и пошёл в дом. Он был рад, что не пришлось никого пускать внутрь.