Летят сквозь годы

Занятия в техникуме и особенно практика на кондитерских фабриках увлекали ее. Приобщение к коллективному труду подняло сознание Тани; она почувствовала себя неотделимой частицей огромной трудовой армии.

Таня очень любила читать. Со временем пристрастилась в к политической литературе. Свой человек на почте, она заходила туда рано поутру и из свежих газет узнавала о событиях в стране. Первой сообщала она товарищам в техникуме о новых стройках, восхищенно рассказывала о славных делах Стаханова, Марии Демченко, машиниста Кривоноса, доказывала, что и пищевики могут показать образцы героизма в труде.

Горячего, вдохновенного агитатора — Татьяну Макарову комсомольцы избрали своим групоргом. Работы прибавилось. Да Таня и не боялась работы. Ей только все казалось, что она успевает сделать непростительно мало. Вон ведь Чкалов, Громов, Байдуков перелетели через Северный полюс прямо в Америку. Сколько для этого нужно было знать и уметь!

Подвиг женщин-летчиц Расковой, Осипенко, Гризодубовой потряс Таню… В эти дни ей попалась брошюра Н. Морковина «Молодежь — в аэроклубы». Таня жадно поглощала страницу за страницей.

«Советской авиации нужны новые кадры, нужны самые разнообразные специалисты — летчики, штурманы, инженеры, техники, радисты. Для молодежи широко открыты двери авиационных школ, аэроклубов. Но только лучшая, передовая молодежь, грамотная, физически крепкая, горячо преданная своей Родине и партии, может быть допущена на самолеты».

Таня даже выписала себе эти слова, они явились для нее целым откровением. А призыв: «Комсомол — на самолеты!» — она восприняла как обращенный специально к ней, комсомолке Макаровой.

Таня попросила в комсомольской организации техникума рекомендацию в аэроклуб.

* * *

Летняя жара наступила неожиданно. Беспощадно палило солнце, обжигая нежную зелень деревьев, накаляло стены домов и асфальт тротуаров. Люди старались спрятаться куда-нибудь в тень. Духота изнуряла.

Тяжело было сидеть в эти дни на лекциях в аудиториях техникума. С нетерпением ждали студенты выходного дня. И вот последний субботний звонок. Все шумной толпой двинулись к выходу.

— Танечка, пойдем с нами, — обратилась к Тане пышноволосая Нина. — Брось свои полеты! Еще комсорг называется, совсем не бывает со своими комсомольцами…

Таня виноватым голосом ответила:

— Не могу я сегодня пойти, Нина. Сегодня самый ответственный день у меня. Вчера инструктор так и сказал: «Макарова, выспитесь и отдохните — завтра будет очень ответственный день». А ты знаешь, что это значит? Это, наверное, самостоятельный полет. И вдруг я не приду!

По лицу Тани скользнула мечтательная улыбка. Все ее мысли были уже там, на аэродроме…

Когда после окончания теоретических занятий начались полеты, Тане показалось, что она окунулась в какой-то сказочный, наполненный светом и счастьем мир. С нетерпением она ждала теперь возможности мчаться через всю Москву на аэродром, чтобы снова и снова испытать чувство широты, простора, свободы, ни с чем не сравнимое «чувство воздуха».

Ее тянуло ввысь, в небо.

Она ехала в вагоне и неотрывно смотрела в голубое небо. Мечтала, как она будет управлять самолетом одна, без инструктора. Хотелось скорее попасть туда, в центр поля, где толпятся учлеты, ежеминутно взлетают и садятся самолеты, оставляя за хвостом облако бурой пыли, туда, где сегодня, может быть, начнется ее настоящая летная жизнь.

Казалось, что поезд ползет слишком медленно, что появившееся на горизонте белое облачко вдруг закроет все небо, и тогда могут прекратиться полеты или просто не станут выпускать учлетов самостоятельно. Она с волнением посматривала на горизонт.

Наконец поезд остановился на станции Люберцы. Через несколько минут Таня заняла место в рейсовом автобусе, чтобы преодолеть последние шестнадцать километров, отделяющие ее от аэродрома. Еще минут сорок — и она в кругу учлетов.

— Привет отважным пилотам! — радостно воскликнула Таня. — Моя очередь не прошла, ребята?

— Можешь пока загорать.

Таня отошла в сторонку, спряталась за стартовкой и быстро натянула на себя синий комбинезон, аккуратно уложив блузку и юбку в чемоданчик. Надела шлем, поправила очки и вернулась к ребятам.

— Как сегодня настроение у инструктора, хорошее? Что нового на старте? — спросила она, чтобы отвлечься от тревожной мысли: «А вдруг не выпустят?»

— Никого пока не ругал сегодня наш инструктор. Значит, хорошее настроение. Погода тоже подходящая.

— В третьей группе еще одного выпустили самостоятельно.

— А вот и наш самолет идет на посадку.

Один учлет поднялся и побежал встречать приземлившийся самолет.

— Следующая очередь встречать твоя, Макарова. Следи! — предупредил ее староста группы.