Левиафан 2. Иерусалимский дневник 1971 – 1979

17.9. Окончил масло на холсте «Образ Средиземного моря».

С Иркой и детьми были у скульптора Давида Озеранского, пили кофе у этого милого старика, и он показывал свои ужасные скульптуры и мазню маслом.

С Иркой и детьми зашли к прелестной Мириам Таль.

С Иркой и детьми были у худ. Лёвы Сыркина, пили чай и беседовали.

Утром заехал Стесин за своими вещами. Он получил комнату в Доме олим. Он хотел взять работы Ворошилова и Бачурина, но я не дал ему, так как работы присланы для выставок, а у него нет таких возможностей. Было объяснение, и я кое-что высказал ему прямо. Я отдал ему его фотографии и слайды. Это конец. Я отвез его с вещами на маршрутку. Стесин окончательно и бесповоротно выбрал путь коммерческого художника.

18.9. Вечером у нас была Дина Кастель. Был художник Зохар с женой.

Начал новое масло на холсте.

19.9. Был Саша Арарий, ездили с ним в «Дипломат», видели Х. Шифа, Двору Ганани и др.

А. Офек сообщил, что в Иерусалиме сейчас находится какой-то друг мой из США и ищет меня. Мы думаем, что это Арон Эйнфранк.

Вечером у нас в квартире собрание соседей и выборы старост.

У Златки на ногах какие-то язвы, и она переселилась мне на руки.

20.9. Заглянул к Мириам Таль, и поболтали о разном.

Приехал Арон Эйнфранк. Мы расстались в Москве ок. 3 лет назад. Он похудел, загорел, совершил путешествие на своем спортивном опеле по всей Европе и теперь в Израиле. Ищет работу.

Мы с Иркой, детьми и Ароном ездили к Моше Калику. В дороге я чокнулся с каким-то авто сзади и разбил задний белый фонарь (первая травма моей «Марины», до этого были только царапинки).

Вечером после ужина смотрели телевизор, пришла Неля Портная. Арон поехал в Ашкелон за своими вещами.

21.9. Иерусалим. Тель-Авив. Сегодня день моего рождения, мне 34 года.

Аарон Эйнфранк вернулся с вещами из Ашкелона. Ев. Ар. приехала из Црифина.

С Иркой и Аароном в моей «Марине» мы поехали в Тель-Авив. Вечером открылась моя выставка-продажа в квартире Ривки Кацнельсон.

Были разные люди, не очень много, но никто ничего не купил. Ужинали: мы с Иркой и Аароном, Саша Арарий с Аллой, Изр. Бор. Минц и Ривка. Ночевали мы с Иркой и Аароном у Ривки.

22.9. Тель-Авив. Иерусалим. Весь день выставка-«продажа». Люди были, но куплено всего три работы.

Ривке я отдал акварель и получил взамен книги. 2 акварели я подарил ей.

Вечером выставка Ж. Катмора, М. Опатовского, Д. Гринберга в галерее «Циира». Работы неинтересные, но была вся милая компания Катмора.

С Иркой, Аароном и Яшей Александровичем зашли к Дафне Арод и ее любовнику-художнику. Я критиковал его работы. Дафна необыкновенно красива.

Конец выставки-продажи у Ривки, как и в «Дипломате», – фиаско.

С Иркой, Ароном, Яшей Александровичем, Арариями были у Жака Катмора. Дом его был полон молодыми людьми. Курили хашиш и пили вино + музыка (я не курю и не пью). Стесин тоже был с нами. Поздно ночью мы с Иркой и Аароном выехали в Иерусалим, дорога была пуста, и я шел ок. 120 км в час.

Прибыли домой – и вдруг! Златке было очень плохо; рвота, высокая t° и даже судороги (со слов Ев. Ар.), и сейчас она с Ев. Ар. в больнице «Бикур холим». Мы помчались туда и были со Златонькой всю ночь и утро до 10 ч. Она хорошо спала и проснулась после уколов в нормальном состоянии, я носил ее на руках. Мы с Иркой всю ночь не спали. Все это произошло от инфицированных язвочек на ногах. Утром я привез Ирку и Златку домой. Златка необыкновенно прелестна.

23.9. Иерусалим. Приехал Саша Арарий, привез картины из «Дипломата». Саша сделал расчет за выставки у «Дипломата» и у Ривки Кацнельсон. На этих выставках я выручил 3218 лир.

Ривка Кацнельсон оказалась полностью несостоятельной во всех своих благих намерениях.

Вечер-коктейль в «Дипломате» принес мне 2600 лир, выставка у Кацнельсон – 618 лир.

Сегодняшним числом помечено получение от Саши 1400 лир.

Аарон Эйнфранк живет у нас в доме.

24.9. Днем у Златочки опять повысилась t° и увеличилось воспаление на ноге, мы отвезли ее с Иркой и Валерой Портным обратно в «Бикур холим», и ее госпитализировали. Ирка была с ней до 12 ночи, а я не спал около Златочки всю ночь до утра. Она очень плакала и кричала, когда брали анализы и делали инфузию, но потом успокоилась с привязанной правой ручкой и ночь спала спокойно. Я всю ночь читал воспоминания доктора А. И. Кауфмана о советских концлагерях.

Яшка был у Кандов и Балабановых, Аарон Эйнфранк весь день странствовал по городу.

25.9. Утром Ирка сменила меня у постели Златочки в больнице. Златка ожила и, тьфу-тьфу-тьфу, не сглазить, поправляется.

Я каталогизирую приобретенные у Р. Кацнельсон книги.

Вечером я сменил Ирку и был около Златки в больничной палате всю ночь, спал около нее и вставал к ней. Утром приехала Ирка.

26.9. Златочка в больнице, и вся наша домашняя жизнь нарушена. Без Златки дома пусто, без Ирки – беспорядок. Портной был в больнице. Заходила туда Мириам Таль. Аарон Эйнфранк возит Ирку в больницу на своем «Опель-спорт». Ева Ароновна приехала и была у Златки весь день и ночь.