Ли Смолин. Возрожденное время: От кризиса в физике к будущему вселенной

    Вероятно, самый большой вред, причиненный метафизическим взглядом, что реальность вневременная, заключается в его влиянии на экономику [1]. Базовый недостаток в мышлении многих экономистов заключается в том, что рынок есть система с единственным равновесным состоянием. Это состояние, в котором цены установлены так, что предложение каждого товара в точности соответствует спросу на него, в соответствии с законом спроса и предложения. Далее такое состояние называют оптимальным для удовлетворения каждого. Есть даже математическая теорема, устанавливающая, что в равновесии никто не может быть сделан счастливее без того, чтобы сделать менее счастливым кого-то другого [2].

    Если каждый рынок имеет одну и только одну подобную равновесную точку, то мудрой и этичной вещью будет оставить рынок в покое, чтобы он мог обосноваться в этой точке. Силы ранка (то есть, способ, которым производители и потребители реагируют на изменения в ценах) должны быть достаточны, чтобы сделать это. Недавней версией этой идеи является гипотеза эффективного рынка, которая устанавливает, что цены отражают всю важную для рынка информацию. На рынке со многими игроками, вкладывающими свои знания и взгляды посредством предлагаемых и запрашиваемых ими цен, невозможно, чтобы любой актив был долгое время неверно оценен. Замечательно, что эта линия рассуждений поддерживается элегантными математическими моделями, в рамках которых имеются формальные доказательства, что точки равновесия всегда существуют; то есть всегда можно выбрать такие цены, что предложение в точности уравновешивает спрос.

к оглавлению     Эта простая картина, в которой рынок всегда действует, чтобы восстановить условия равновесия, зависит от предположения, что имеется только одно равновесие. Но это не так. Экономисты с 1970-х годов знают, что их математические модели рынков обычно имеют много равновесных точек, где предложение уравновешено спросом. Как много? Число тяжело оценить, но оно, несомненно, растет, как минимум, пропорционально числу компаний и потребителей, если не быстрее. В сложной современной экономике со множеством товаров, изготовленных множеством фирм и покупаемых множеством потребителей, имеется огромное количество способов установить цены товаров, чтобы предложение и спрос находились в балансе [3].

    Поскольку есть много точек равновесия, где силы рынка сбалансированы, все не может быть полностью стабильным. Тогда вопрос, как общество выбирает точку равновесия, в которой ему быть. Выбор не может быть объяснен исключительно силами рынка, поскольку предложение и спрос сбалансированы во множестве возможных точек равновесия. Правила, законы, культура, этика и политика тогда играют необходимую роль в определении эволюции рыночной экономики.

    Как это возможно, что влиятельные экономисты десятилетиями исходят из предпосылки единственного уникального равновесия, когда результаты знаменитых коллег в их собственной литературе показывают, что это неверно? Я уверен, что причина заключается в натягивании вневременного поверх ограниченного временем. Если бы существовало только единственное стабильное равновесие, динамика эволюции рынка во времени была бы не сильно интересна. Что бы ни происходило, рынок найдет равновесие, и если рынок подвержен возмущению, он будет колебаться вокруг этого равновесия, пока не успокоится в нем. Ничего другого вам знать не нужно.

    Если имеется единственное в своем роде стабильное равновесие, остается немного свободы действий для человеческого посредничества (не считая того, что каждая фирма максимизирует свою прибыль, а каждый потребитель максимизирует свое удовольствие) и лучшее, что можно сделать, это оставить рынок в покое, чтобы он достиг этого равновесия. Но если имеется много возможных состояний равновесия и ни одно полностью не стабильно, тогда человеческое посредничество должно принимать участие и направлять динамику выбора одного равновесия из многих возможных. В размышлениях экономических гуру, которые выиграли битву за дерегулирование, роль человеческого посредничества пренебрежимо мала в отличие от воображаемого мистического вневременного

к оглавлению состояния природы. Такова была глубокая концептуальная ошибка, которая открыла путь для ошибок в политике, которые привели к существующему экономическому кризису и рецессии.