Линкоры Британской империи. Часть 2. Время проб и ошибок

Эти три корабля (вместе с "Нельсоном" и "Нортхемптоном") и представляли собой всё пополнение броненосного флота вплоть до 1878 г., когда угроза войны с Россией привела к приобретению "Ориона", "Белляйла", "Сьюперба" и "Нептуна", строившихся для Турции и Бразилии.

Не говоря уже о скупости казначейства, позиция которого может быть отчасти оправдана отсутствием должной решимости со стороны Совета, со всей отчётливостью стали проявляться сомнения по вопросу – может ли большой линкор всё ещё считаться основой морской силы? Помимо спорности самого статуса линейного корабля острые разногласия обнаружились в отношении всех его принципиальных качеств – орудийной мощи, бронирования, скорости и размеров, так что Адмиралтейство вынуждено склонилось к проведению осторожной политики проволочек. Это можно было истолковать и как крепкую консервативную точку зрения, и как оппортунизм некомпетентности.

Оценивая эту ситуацию следует помнить, что в то время отправные пункты морской политики, стратегии, тактики и проектирования кораблей все ещё не считались достойными подробного изучения или экспериментального исследования. Потребности военно-морской доктрины Британии ещё не были толком сформулированы; не было органа, который специально изучал бы принципы, нападения и защиты, осуществлял бы морскую разведку или способы защиты торговых морских путей; военно-морские манёвры были неизвестны, а никаких широкомасштабных испытаний ещё и не думали проводить.

Рассуждая в своей статье "Атака и оборона флота", опубликованной "Журнале Королевского общества вооруженных сил" в 1871 г., кэптен Ф.Коломб, в частности, писал:

"Если бы я решился утверждать, что проекты наших кораблей выполняются скорее с учётом традиций и внутреннего убеждения, нежели в соответствии с пониманием того, насколько они уязвимы для нападающей стороны и в какой мере сами способны к сопротивлению, то меня бы переполнило чувство недоверчивого изумления… Следует понять, что корабли проектируются, чтобы использовать свои орудия и, возможно, таран для атаки, а броню для защиты от орудий. Вне этого постулата нет истины".

Однако если инстинкт и традиции хорошо служили до 1871 г., то потребность в более логичных решениях стала в последующие годы очевидной. Орудия продолжали расти в размерах, мощь их непрерывно увеличивалась; железная броня умеренной толщины не давала достаточной защиты даже на тех коротких боевых дистанциях, которые все ещё оставались принятыми во всех флотах по причине малой точности и скорости стрельбы; торпеда превратилась в оружие, которое уже приходилось принимать в расчёт, хотя на практике всё ещё оставалось относительно ненадёжным и неточным, в то время как таран всё более и более завоевывал популярность на флотах, став даже основой специальной тактики. Однако ничего такого, что хотя бы отдалённо приближалось к основной концепции создания наиболее эффективного типа боевого корабля, отвечающего британским требованиям, ещё не было сформулировано. В течение 70-х гг. XIX столетия в состав британского Королевского флота вступили броненосные корабли следующих типов:

1. Брустверные мониторы,

2. Рангоутный башенный корабль,

3. Корабль с двухъярусной центральной батареей,

4. Корабль с центральной батареей и барбетами,

5. Казематные корабли,

6. Батарейный корабль,

7. Цитадельные башенные корабли,

8. Однобашенные брустверные корабли,

9. Батарейные корабли с неполным броневым поясом.

Ни один из этих кораблей не решал вопросов, поставленных в отношении калибра орудий, броневой защиты и способа расположения артиллерии. Чётко обозначились два принципиально расхожих мнения, что же лучше – несколько самых тяжёлых орудий или большее количество менее крупнокалиберных пушек; какое соотношение удачнее – броня умеренной толщины и несколько орудий или же концентрированная наступательная мощь при узком поясе по ватерлинии; что предпочтительнее – высокобортность французских кораблей или малый надводный борт британских; или же вообще оптимальнее в качестве основы военно-морских сил многочисленные миноносцы и канонерские лодки с единичными тяжелыми орудиями.

В отношении использования тарана Ф.Коломб доказывал, что:

1. Наилучшим методом нападения является не сокрушительная атака противника в лоб, а удар с циркуляции, который приведет к поражению корабля противника почти гарантированно без риска подвергнуть неприятельскому тарану свой собственный корабль.

2. Что сближаться с противником следует под углом не менее 4°, чтобы пороховой дым после залпа не скрыл его.

3. Что скорость не является принципиальным качеством, поскольку успех таранного удара больше зависит от маневрирования.