Лирические стихи, Казань

Утешают друзья и родные.

Но в ответ я молчу или плачу

Мне нельзя уповать на удачу.

Бог способен помочь лишь безгрешным,

А меня не простит он, конечно...

Какой молитвой отвести беду?

Какой пред алтарем раскинуть плат?

Я брошу все, в изгнание уйду,

Но мой супруг - чем он-то виноват?..

5.

На яркое солнце мы редко выходим,

И счастливы дети мои до упаду,

Когда мы цветок необычный находим

Иль смотрим с обрыва в котел водопада.

Мы пьем из ладоней холодную воду

Лесной ручеек угостил нас радушно,

Идем босиком по песчаному броду,

Нас ветер ласкает ладонью воздушной.

С корзинкой кореньев и трав ароматных

Вернемся к обеду под гулкие своды.

В пещере уютно, но все же приятно

Под солнцем пройтись, коль позволит погода...

6.

Уснули дети мои и муж,

Растущий месяц в окошко светит...

От зимних стуж до весенних луж

Не спать мне и вспоминать о лете.

И ты со мной, мой далекий друг,

Хоть даль годами уж можно мерить.

От зимних вьюг до весенних мук

В разлуку я не могу поверить.

А при свече закорючки рун

На лист бумаги быстрей ложатся...

От зимних лун до весенних струн

Я все пытаюсь с тобой прощаться.

А ближе к лету бутоны роз

Меня на тропках укромных встретят.

От зимних слез до весенних гроз

Пора мечтать об ушедшем лете.

конец марта - 24 мая 1991

СЕСТРИЦА

Нам терять пришлось немало,

Находить - увы - немногих

На растоптанной дороге,что петляет и клубится.

Ладно хоть не стерты ноги

Ты и так уже устала,

Да и я не из металла, правда, он звучит, сестрица.

Обгоняют нас нещадно

Разномастные повозки,

А фургон на перекрестке переехать нас грозится.

Наши внешности неброски,

Хоть не стерты ноги, ладно,

Все ж спокойно и приятно нам вдвоем идти, сестрица.

То в глаза, то в спину светят

То ли солнце, то ли звезды,

То ли фары, то ли просто этот свет с тобой нам снится.

Ноги все еще не стерты,

В волосах играет ветер,

Только кто же нам ответит, долго ль нам идти, сестрица?

Мы с тобой всю жизнь похожи,

Если не судить нас строго:

Обе выбрали дорогу, что петляет и клубится.

И у дальнего порога

(Подойти б к нему попозже)

Мы сказать друг другу сможем: "Я еще вернусь, сестрица."

4 июня 1991

* * *

Стихам положено быть грустными,

А вы грустить не в настроении.

И строчки кажутся безвкусными

В моем изустном изложении.

Но вы пока само внимание

Вознаградить мое усердие

Уже решили вы заранее.

Благодарю за милосердие...

А на закате краски яркие

Соткались в полотно тревожное.

И на обрыве в старом парке мы,

И расставанье будет сложное.

Но это вмиг исчезло в памяти,

От снегопада нам не спятаться...

Вы снова душу взглядом раните,

Мне остается лишь расплакаться...

Но эти слезы неподдельные,

И постепенно выясняется,

Что капли звонкие капельные

О ваше сердце разбиваются.

О, боже мой! Вы тоже плачете?

Из-за меня? Мне нет прощения

Вы для меня так много значите,

А я грущу вам настроение.

10 июня 1991

* * *

Три этих ириса - для Вас.

От сердца их дарю - рукою левой.

Тигровый ласковый окрас

Вам, Королева...

Ухожен монастырский сад,

Расчерчены, как по линейке, гряды.

А эти три раскрылись в ряд

Вблизи ограды.

Я на закате их рвала,

А колокол тоску струил неодолимо,

Когда привратница прошла

С ключами мимо.

Я вспомнила, что уезжать

Назавтра мне, но и вернуться скоро...

Вернуться... Ирисы сажать

Мне снова впору.

10 июня 1991

И М Я

1.

Я живое лицо на портрет заменю

А тебя самого я давно разменяла.

Голубые глаза и улыбку твою

Посреди пустоты навсегда растеряла.

По рукам и ногам повязали строкой,

Словно собственной жилой - порвать слишком больно.

Я тебя поманю онемевшей рукой,

Но она - неживая - повиснет безвольно.

А едва я тебя захочу оттолкнуть

Пальцы снова сожмут карандашные грани,

По бумажным волнам повлечет меня в путь

Острый грифель - корабль в стиховом океане.

Ты опять далеко, даже берега нет:

Управляюсь с трудом с парусами своими.

Но все чудится мне на скале силуэт,

А из гула воды прорывается - Имя...

2.

Откуда мне знать,

Как тебя называть?

Стоит ли голосом

Имя ласкать?

Или за волосы

Имя таскать?

Или - как просто

Не отыскать?

Не отсылать,

Но и не отпускать...

Стоит ли, стоит ли

Окликать!

3.

Я не хочу тебя любить,

И Имя горькое твое

В висках лишь болью, резкой болью отдается.

Но как же мне иначе жить,

Кого мне ждать, кого бранить?

Мне, видно, больше ничего не остается.

Я ничего уже не жду.

Какие радости вдвоем

Нам предсказатели досужие пророчат?

Я, обгорев, скольжу по льду,

И каждый день в моем аду

Моя душа безумно плачет и хохочет.

Да, скоро я сойду с ума.

И что мне в Имени твоем?

Оно опять сорваться с губ моих готово...

А впереди все та же тьма,

И я не ведаю сама,

Зачем шепчу тебя, зову тебя я снова.

4.

Последнюю ночь твое повторяю Имя.

Последнюю ночь горжусь грехами своими.

Опальный рассвет меня у окна встречает.

Печальный ответ две пропасти размечает.

Ты с многими схож - не первый же раз любила,

Но раньше я все ж бессонницей не грешила.

Последняя ночь... Ты тоже уйдешь за ними,

А мне превозмочь останется только Имя.

16 - 17 июня 1991

НЕ ИЗ "ИМЕНИ"

Я все прозвища твои перебираю,

Хватит этого на целый день сегодня.

Но по имени тебя не называю,

О лукавейшее рыжее отродье!

Обругаю непотребного собакой,

А у падре попрошу благословенья.

Ваша светлость, Вы бессовестны, однако

В Вас есть капля непиратского смиренья.

И мелькает надоедливое имя,