Литургика

Две последние недели Великого поста, по-видимому, более связаны с постным подвигом, чем радостные и торжественные воспоминания двух первых недель. Но, что касается времени их возникновения, оно не слишком раннее. Установление четвертой недели Великого поста, которая связана с памятью прп. Иоанна Лествичника, относится к XIV веку, а пятая неделя Великого поста, связанная с воспоминанием прп. Марии Египетской, известна с XI века. Но для нас логично и дорого, что в конце Великого поста вспоминаются двое святых, преподобных, один из которых своими писаниями, а другая житием особенно являют нам суть постного подвига и научают ему.

Устроение богослужения подобно предыдущим неделям Великого поста. Отдельно об этом говорить не будем. Однако хотелось бы привести стихи, относящиеся к неделе Иоанна Лествичника. Стихи предшествуют синаксарю каждого дня, они всегда полны парадоксов. Говорится о том, что Иоанн Лествичник, пока жил, был мертв для мира, для страстной жизни, а теперь он умер, но он жив в своем учении: «Иже плотию и живый, мертв сый Иоанн, вечно живет, и мертв явлься бездыханный. Списание оставль лествицу восхождения». Вспоминается его писание — Лествица. Прославляя память прп. Марии Египетской, Церковь сначала показывает глубину падения ее жизни, а затем — на какую высоту возводит покаяние. Так говорится в кондаке прп. Марии: «Блудами первое преисполнена всяческими, Христова невеста днесь покаянием явися, ангельское жительство подражающи, демоны Креста оружием погубляет. Сего ради Царствия невеста явилася еси, Марие преславная».

Надо сказать, что относительно недель и суббот Великого поста существует интересное предположение. Достаточно рано, еще в IV веке, Лаодикийским Собором было запрещено совершение полной литургии в будние дни святой Четыредесятницы. Полная литургия может совершаться только в субботы и в воскресенья Великого поста. Есть следы того, что в связи с тем, что не совершалась полная литургия, памяти святых, приходящиеся на будние дни Великого поста, принято было переносить на субботы и недели Великого поста, потому что никакое празднование не может быть полным без совершения литургии. Так, память прп. Марии, календарная, закрепленная в месяцеслове, и прп. Иоанна Лествичника относятся к периоду Великого поста, и то, что они перенесены на недели Великого поста является следом древней практики.

Также относительно установления празднования в Крестопоклонную неделю есть предположение, что это связано с историческим праздником — перенесения части древа Крестного, подножия Креста. Т.о., здесь видны следы логики древнего устроения богослужения, которая для нас сейчас уже непонятна. Мы как раз в будние дни святой Четыредесятницы празднуем памяти святых, у нас есть служение по Минее. Но установление особенных праздников в субботы и в воскресенья являют нам древнюю церковную логику устроения богослужения. Очевидно, как раз по этой причине первая суббота Великого поста посвящена памяти святого мученика Феодора Тирона. Есть знаменитое объяснение установления этого праздника, оно и в Триоди приводится — что мученик Феодор явился во сне епископу Константинополя и посоветовал ему, как избежать осквернения от вкушения идоложертвенной пищи, которую император велел продавать на торжищах, и всем христианам велел вкушать особенную пищу, которую мы и сейчас в этот день освящаем и понемножку вкушаем, — коливо, — пшеницу с медом. Но возможно, эта память перенесена в подвижный круг праздников из неподвижного, чтобы такого чтимого в древности на православном Востоке мученика всегда можно было прославлять торжественно, в первую субботу святой Четыредесятницы.