Любовный компромисс

Заметив часового, он холодно улыбнулся. Бандит стоял, плотно завернувшись в пончо, и, похоже, все его мысли были направлены только на то, как бы уберечься от дождя и согреться. Если остальные бандиты настолько же беззаботны, их будет нетрудно одолеть.

Как следует запомнив место, где стоял часовой, Клауд осторожно отошел. Ему еще предстояло обойти вокруг лагеря, который был опоясан едва видневшимися из-за завесы дождя камнями, и проверить, есть ли где-нибудь другие часовые, а потом вернуться к Джеймсу и изложить ему свой план по спасению Эмили.

Услышав сквозь шум дождя топот копыт, Джеймс быстро вытащил револьвер.

— Стой, кто идет? — негромко произнес он. — Это я, Джеймс.

— О Господи, Клауд! Где тебя носило? Я уж начал думать, что с тобой что-то стряслось.

Привязав лошадь, Клауд забрался под повозку, где Джеймс с Торнтоном укрылись от дождя.

— Лучшего места ты не мог найти? — насмешливо бросил он.

— А тебе чего хотелось? Шикарного дома с камином? Лучше скажи, тебе удалось найти этих мерзавцев?

— Слава Богу, удалось. Если бы мы здесь не остановились, наскочили бы прямо на них; отсюда до того места, где они сделали привал, рукой подать.

— Значит, ты нашел маму! — воскликнул Торнтон.

— Да, малыш. Только я пока не смог освободить ее. Для этого потребуется еще немного постараться.

— Немного, говоришь? — усмехнулся Джеймс. — Полагаю, у тебя уже есть какой-то план?

— Для начала надо снять часовых.

— Сколько их?

— Всего четверо, но только один честно выполняет свои обязанности; остальные заняты тем, что стараются укрыться от дождя. Похоже, бандиты решили, что в такую непогоду им нечего опасаться погони.

— А Эмили ты видел?

— Нет, но я видел костер. Она должна быть где-то неподалеку. Ближе я подходить побоялся.

— И правильно. Мы это выясним, когда избавимся от часовых. Как ты думаешь, сколько там еще бандитов?

— За вычетом четверых, остается не так уж много. Справимся.

— Вот только сперва придется вывести оттуда Эмили, иначе они могут использовать се в качестве прикрытия.

— Хорошо. А как насчет Торнтона?

— Он останется здесь. — Клауд взглянул на малыша. — Ты понял, Торнтон? Ты будешь ждать нас здесь и не уйдешь отсюда, что бы ни случилось. Когда я буду освобождать твою маму из плена, я не должен беспокоиться о тебе.

— Обещаю, я буду сидеть тихо-тихо, пока ты не приведешь маму.

— Вот и молодец. Ты храбрый малый. — Клауд потрепал мальчугана по мокрым волосам. — Ну что, Джеймс, ты готов?

— Готов. Показывай, куда идти.

Добравшись до того места, где Клауд совсем недавно слышал лошадиное ржание, друзья разошлись в разные стороны. Предварительно Клауд подробно объяснил Джеймсу, где стоят часовые, которых ему предстояло убрать. Как только Джеймс исчез из виду, он направился в противоположную сторону.

Подкравшись к часовому поближе, Клауд стал ждать, когда тот повернется к нему так, чтобы было удобнее ударить, размышляя при этом, что, убив негодяя, окажет человечеству неоценимую услугу. Прошло несколько минут, прежде чем бандит занял нужную позицию: тогда молниеносным движением Клауд обхватил его рукой за шею и всадил ему в горло нож. Раньше, когда ему приходилось убивать, его охватывало раскаяние, смешанное с отвращением, но сейчас он ничего не почувствовал. Бандит мешком свалился на землю, и Клауд устремился ко второму часовому. Тот, видимо, что-то почувствовал и, озираясь по сторонам, напряженно всматривался в темноту. Наконец он успокоился и отвернулся; тогда Клауд, не раздумывая, быстро и бесшумно вонзил в него нож. Покончив с часовым, он поспешил к условленному месту, от всей души надеясь, что у ею друга тоже не возникло проблем.

Прошло несколько томительных, полных напряженного ожидания минут, прежде чем Клауд услышал осторожные шаги.

— Все в порядке? — тихо спросил он.

— Да. А у тебя?

— Тоже. Правда, пришлось немного подождать. Ну, теперь путь свободен, пора освобождать Эмили. Только сделать это надо так, чтобы ни один бандит не смог пуститься за нами в погоню.

Джеймс кивнул;

— Согласен.

Соблюдая все меры предосторожности, друзья подобрались к лагерю. Как только Клауд увидел Эмили, он сделал знак Джеймсу остановиться. Лежа на грязной земле, они внимательно разглядывали лагерь.

— Нам повезло: Эм сидит от бандитов отдельно, — прошептал Клауд. — Не спускай с них глаз, а я пока подползу к ней и перережу веревки. Постарайся обойтись без стрельбы, но к Эмили никого из них не подпускай. Они скорее убьют ее, чем дадут освободить.

— Хорошо, но будь осторожен, — прошептал Джеймс ему вслед.

Не спуская с Эмили глаз, Клауд начал осторожно подбираться к ней. Она выглядела несчастной, мокрой и продрогшей, однако, похоже, бандиты не подвергали ее насилию. Клауд очень надеялся, что простой расчет возобладает над низменными чувствами этих подонков: даже они должны понимать, что смогут выручить за Эмили гораздо больше денег, если не тронут ее. Клауду очень хотелось подать ей какой-нибудь знак, однако он понимал, что это может закончиться плачевно. Оставалось только надеяться, что у Эмили хватит ума и силы не выдать его даже случайным возгласом.