Ливонская война: Забытые победы Ивана Грозного 1558–1561 гг.

Оставим на совести Курбского его утверждения о блестящих победах, которые он одержал над ливонцами в июне 1560 года во время своих молниеносных рейдов в Центральную и Северную Ливонию – все равно они померкли перед результатами нового похода князя Мстиславского.

По словам составителя официальной русской версии Ливонской войны (летописный рассказ явно строился с активным использованием материалов разрядного делопроизводства), «того же месяца (в мае 1560 года. – Прим. авт.) отпустил государь в Немцы воиною и з болшим нарядом к городом бояр своих и воевод за их (ливонцев. – Прим. авт.) многие неправды и за порушение крестьянские веры и возжжение образов божиих, и святых всех (любопытный пассаж: выходит, что русские полки отправлялись в своего рода крестовый поход! – Прим. авт.) и за все их неисправление пред государем и за то, что королю городки многие позакладывал и поздовал и сам (здесь речь идет о магистре ордена. – Прим. авт.) х королю ездил и со всею землею прикладывался и против государевы рати помочь емлет и из Заморья наимует».

Московский сын боярский

Состав рати лучше всего характеризует разрядная роспись: «В большом полку бояре и воеводы князь Иван Федорович Мстисловской, да Михайло Яковлевич Морозов, да окольничей Олексей Федоровичь Адашев; да в большом же полку з боярином со князем Иваном Федоровичем Мстисловским воевода князь Федор Иванович Троекуров».

При Большом полку был и наряд, а «у наряду окольничей и воевода Данило Федоровичь Адашев да Дмитрей Федоров сын Пушкин Шефериков». Кроме того, «в большом полку воеводы для посылки князь Василей Иванович Барбашин, князь Семен Данилович Пронской, князь Дмитрей Федорович Овчинин».

В полку Правой руки воеводами были «бояре князь Петр Иванович Шуйской да Олексей Данилович Басманов Плещеев; да в правой же руке князь Володимера Ондреевича дворецкой и воевода князь Ондрей Петровичь Хованской, да с служилыми тотары Михайло Лопатин».

Во главе передового полка стоял уже хорошо знакомый нам князь Курбский, а с ним были «воевода князь Петр Иванович Горенской Оболенской; да в передовом же полку с тотары князь Иван Ондреевич Золотой».

Полком же Левой руки командовали «боярин и воевода Иван Петрович Яковлев Хирон да ис Краснова воевода князь Григорей Федорович Мещерской; да с Иваном же Петровичем был в полку ис Красново Михайло Чоглоков».

Наконец, во главе Сторожевого полка стояли «боярин и воевода князь Ондрей Ивановичь Ногтев Суздальской да из Юрьева воевода Иван Ондреевичь Бутурлин».

Нетрудно заметить, что костяк воеводского корпуса составляли опытные ветераны многих походов и боев, в том числе и ливонских: это и сам большой воевода, и воеводы князь П.И. Шуйский, и герои взятия Нарвы боярин А.Д. Басманов и окольничий Д.Ф. Адашев. И снова среди воевод мы видим боярина М.Я. Морозова, и все того же Курбского. Большую честь, что и говорить, решил оказать ливонцам грозный царь. Жаль только, что летописец, говоря о задачах, поставленных перед Мстиславским и его товарищами, ограничился стандартной фразой из воеводского наказа: «Над Немцами войною промышляти, как милосердный бог помочь подаст и утвердит».

Московский военачальник