Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

На протяжении девятнадцатого века, с началом индустриализации и увеличением количества уголовных дел, список обвинений, по которым могли в срочном порядке и с минимальными расходами для государства рассматривать магистраты, росло. В двадцатом веке не только новые виды преступлений получили статус рассматриваемых в одном из двух судов – мировом или суде присяжных, – но некоторые из них и вовсе стали в обязательном порядке рассматриваться исключительно в мировых судах – обвиняемые по ним лишались права на выбор суда присяжных.

Таким образом, на сегодняшний день уголовные преступления делятся на три категории. Наименее серьезные правонарушения – нарушения ПДД, простые нападения, незначительные нарушения общественного порядка – могут рассматриваться (5) исключительно в магистратских судах. Самые тяжелые преступления – убийства, изнасилования, незаконное владение огнестрельным оружием, насилие с отягчающими обстоятельствами и так далее (6) – подлежат рассмотрению лишь в уголовном суде присяжных. Средняя категория преступлений – кража со взломом, торговля наркотиками, насилие средней тяжести, а также рядовые случаи сексуальных домогательств – может рассматриваться как в магистратском суде, так и в суде присяжных, и во время первой явки обвиняемого в суд определяется, какой из двух вариантов является наиболее подходящим (так называемая процедура «распределения»). Чтобы принять решение, магистраты изучают характер обвинения и сверяются с соответствующими директивами по определению приговора, чтобы понять, достаточно ли будет полномочий магистратов в отношении вынесения приговора (они не могут осудить более чем на полгода за одиночное преступление и не более чем на год за два или более нарушений). Если их полномочий оказывается достаточно, то они объявляют дело пригодным для упрощенного суда. Если нет, то переправляют его в уголовный суд присяжных.

Суть между тем заключается в том, что, независимо от мнения магистратов, обвиняемый имеет право в делах второй категории делать выбор в пользу суда присяжных.

Самые тяжелые преступления – убийства, изнасилования, незаконное владение огнестрельным оружием, насилие с отягчающими обстоятельствами и так далее – подлежат рассмотрению в уголовном суде присяжных.

Такова историческая подоплека магистратского суда. Желание понять причины продолжения его существования возвращает нас к предыдущей главе, посвященной торжеству суда присяжных – Великой хартии вольностей, представительной демократии и тому подобным штукам. Магистратский суд, как утверждается, выводит уголовное правосудие в народ, удовлетворяя тем самым наше конституционное стремление к суду нашей «ровней». Кайлов Англии и Уэльса судят не получающие за это денег граждане, способные сопереживать истории их жизни, отражая при этом все разнообразие современного общества, подобно тому, как это происходит – во всяком случае, в теории – с присяжными. Разумеется, расходы на то, чтобы собирать вместе и размещать двенадцать присяжных для вынесения вердикта по каждому обвинению в уголовном преступлении, были бы просто астрономическими. Только 1 % всех уголовных дел разрешается судом присяжных (7), и уже на это, по словам министра юстиции, уходят несоразмерно большие деньги. Таким образом, для всех, за исключением самых серьезных, преступлений магистратский суд представляет, казалось бы, достойную альтернативу. Три мировых судьи-волонтера, опытный «председатель», сидящий между двумя «фланговыми полузащитниками», при содействии квалифицированного «юридического консультанта», объясняющего правовые стороны вопроса, являют собой уменьшенную версию суда с присяжными, сохраняя при этом его ключевую демократическую добродетель и сводя к минимуму формализм, задержки и расходы по сравнению с уголовным судом присяжных. Правовые нормы, процедура разбирательства и правила доказывания остаются, по сути, теми же, что и в суде присяжных. Основными различиями являются количество выносящих вердикт человек, степень формализма – например, тут нет никаких париков, плащей и судейских мантий (8), – а также тот факт, что выступать в суде имеют право не только барристеры, но и солиситоры, которые и выполняют основную массу адвокатской работы. Ну и, конечно же, стоимость: если рабочий день магистратского суда обходится в 1150 фунтов, то один день работы уголовного суда присяжных стоит государству в среднем 1900 фунтов (9).