Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Смысл всего вышесказанного в том, что судебных заседаний может быть меньше и они могут проходить гораздо быстрее. Точно так же и переноситься они могут значительно реже. Вместе с тем, как по мне, так происходящее в этих судах никак нельзя назвать правосудием. Они не соответствуют гордо заявляемой уголовно-процессуальным кодексом «первостепенной задаче» оправдания невиновных и осуждения виновных. Они призваны лишь как можно быстрее и с как можно меньшими расходами разбираться с накопленными делами. Это рулетка под видом правосудия, в которой дело может рассматриваться по всем правилам только по воле случая – не благодаря существующей системе, а вопреки ей. И именно в таких условиях и осуществляется 94 % нашего уголовного правосудия.

Не столь важен вопрос, правильно ли для современной демократии делать из магистратов судей, присяжных и палачей – и внедрять удешевленную модель упрощенного правосудия, сколько то, что наше государство готовит для магистратов еще большую роль.

Движение в этом направлении происходит по трем фронтам. Во-первых, все больше и больше дел, изначально предназначенных для рассмотрения либо магистратами, либо присяжными, не допускается до Королевского уголовного суда присяжных. Официальные рекомендации призывают магистратов сдерживать такие дела, объявляя подходящими для рассмотрения по упрощенной схеме уголовные преступления, которые прежде были бы перенаправлены в Королевский суд (30). Следующим шагом, если заключения «Обзора эффективности уголовно-процессуального кодекса», составленного в 2015 году Сэром Брайаном Левесоном, будут приняты в полной мере, станет лишение подсудимого его исторического права выбора суда присяжных – решение о месте проведения судебного слушания будет целиком и полностью приниматься магистратами. Чтобы справиться с увеличенным количеством серьезных уголовных дел, которые будут теперь рассматриваться в магистратском суде, самые незначительные правонарушения – безбилетный проезд, нарушения ПДД и сброс мусора в неположенном месте – теперь вытесняются из зала суда в интернет. Обвиняемые будут регистрироваться в автоматизированной системе, изучать имеющиеся против них доказательства, нажимать кнопку, чтобы признать вину, и получать автоматически сгенерированный «приговор» (31). Правосудие и осуждение по уголовным делам будет осуществляться не просто за закрытыми дверями суда, а за закрытыми дверями спален, без какого-либо общественного контроля или независимой правовой оценки. «Процедура одностороннего правосудия», в рамках которой магистраты заседают в одиночку между собой, вынося решения по незначительным неоспоренным правонарушениям, является нововведением, сильно отдающим Малыми сессиями восемнадцатого века, проводившимися в гостиных мировых судей.

Самые незначительные правонарушения – безбилетный проезд, нарушения ПДД и сброс мусора в неположенном месте – теперь вытесняются из зала суда в интернет. Обвиняемые будут регистрироваться в автоматизированной системе, изучать имеющиеся против них доказательства, нажимать кнопку, чтобы признать вину, и получать автоматически сгенерированный «приговор».

Во-вторых, в дополнение к первому пункту, срок по максимальному приговору, выносимый магистратами по единичному правонарушению, будет увеличен вдвое и составит двенадцать месяцев тюремного заключения. Данное изменение было предложено еще пятнадцать лет назад (32), с тех пор ожидая, когда правительство наконец любезно удовлетворит просьбы магистратов о его вступлении в силу. Когда это произойдет, целая лавина новых дел окажется во власти магистратов, которые добросовестно будут исполнять возложенные на них полномочия отправлять за решетку еще больше людей на более длительный срок.