Лучший киноактер в Голливуде, главы 1-100

В последующие дни тренировки постепенно усиливались, Том даже заставил актеров практиковаться в прострации на холодной, грязной земле, не останавливаясь даже под дождем.

В каком-то смысле этот британский инструктор был квинтэссенцией серьезности и ответственности, но актеры все-таки не были солдатами, и многие из них происходили из довольно хороших слоев общества. После нескольких дней суровых тренировок у многих из них неизбежно возникли претензии к Тому.

«Меня тошнит от него, ведёт себя будто он инструктор от бога. Уверен, что в армии он был каким-то мелким сержантом, а когда пришёл сюда начал стоит из себя «холодного» и «строго» вояку». — В гримерке кто-то с презрением и насмешкой в голосе начал обсуждать Тома: «Ублюдок совсем забыл, что мы актеры, а не солдаты».

После стольких дней, проведенных вместе, двадцать пять актеров узнали друг друга, и кто-то тут же вступил в разговор: «Мы пробежали три мили с гирями и он ещё заставил нас отжиматься тридцать раз, разве он не мучает нас специально?».

В этот момент присоединился Майкл: «Он возомнил себя нашим командиром, клянусь богом, не будь мы на съёмочной площадке, я бы заставил сопляка смачно и с искренней любовью целовать мои волосатый зад».

Его заявление было встречено весёлым смехом всех мужчин.

Мэтью также покачал головой и вздохнул, намеренно говоря: «Если бы у нас был более мягкий инструктор».

«Да ладно тебе, ты то не напрягаешься на тренировках». — Рядом с ним Майкл Фассбендер сказал: «Ты самый лучший из нас в плане обучения».

Мэтью снял свою пропотевшую хлопчатобумажную рубашку: «Все равно я бы хотел тренироваться полегче».

Некоторые другие парни кивали, такая интенсивность тренировок казалась слишком большой для актера.

Дверь в гримерку была открыта снаружи, и вошел британский актер: «Не разочаровывайтесь, парни, я только что узнал плохие новости».

«Что за плохие новости?». — Фассбендер попросил: «Джеймс, рассказывай быстрее».

Британский актер по имени Джеймс МакЭвой подошел к своему шкафчику, сел и сказал: «Мой тренировочный костюм порвался, я пошел к помощнику продюсера, чтобы забрать новую одежду, а когда проходил мимо офиса Гэри Гетцмана, я услышал, как ублюдок Том сделал предложение Гэри. Мы… все мертвы!».

Глава 78

«Что за предложение?». — Первым спросил Мэтью.

«Да, Джеймс». — Другой актер тоже спросил: «Какое предложение заставит нас быть мертвыми?».

Джеймс МакЭвой с преувеличенным выражением лица ответил: «Том считает, что мы плохо тренируемся».

«Что?». — Майкл возмущённо перебил: «Мои кости разваливаются после каждой его ссаной тренировки».

«Не перебивай, дай Джеймсу закончить». — Майкл Фассбендер подал голос.

Кадлиц закрыл рот, пока Джеймс МакЭвой продолжал: «Ублюдок сказал, что подготовка не соответствует требованиям, что она должна быть усилена, что мы должны переехать из отеля в аэропорт и жить в старых казармах, чтобы нам давали только консервы на каждый прием пищи, что мы должны были практиковаться в ползании в грязной земле и даже иногда спать на этой холодной, грязной земле».

Многие лица побледнели при словах Джеймса, это Лондон в ноябре, если все действительно будет так...

Джеймс еще не закончил: «А еще он собирался увеличить нагрузку при беге с тридцати фунтов до сорока, а расстояние увеличить с трех миль до пяти. Кроме того, он сказал, что для того, чтобы мы могли думать с точки зрения солдата, он собирается поселить нас рядом с экспериментальной площадкой пиротехнической группы, где в течение последних десяти дней проводились испытания взрывчатки, и что нам будет разрешено спать только три часа в сутки».

При этих словах в раздевалке мгновенно воцарилась тишина, и даже Мэтью почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Он натянул чистую нитяную рубашку и спросил Джеймса: «А что Гетцман? Он согласился?».

«О, это самое худшее». — Джеймс был растрепан: «Гетцман считает, что он прав, и сказал ему составить новый план тренировок».

«FUCK!». — Громкий голос выругался, а затем еще больше людей начали выражать свои мысли.

Мэтью прислонился спиной к шкафу, внезапно подумав, что это может иметь к нему какое-то отношение.

Но, если подумать, Том никак не мог создать такой хреновый план тренировок для него одного, верно ведь?

Может быть, он действительно серьезный и ответственный военный инструктор, но употребление консервов, ползание в грязи и даже сон на холодной, грязной земле в ноябрьскую погоду в Великобритании заставляет содрогнуться при одной мысли об этом.

«Это бесчеловечно… бесчеловечно…». — нарочито пробормотал Мэтью, видя, что группа актёров сплотилась и была возмущена.

В эти дни маршировка, строевая подготовка, тренировки с гирями и отжиманиями становятся все тяжелее и тяжелее, в то время как ни одна из оружейных и тактических тренировок, в которых больше всего заинтересованы актеры, не была начата. Сказать, что двадцать пять человек не имеют никакого мнения о Томе, просто невозможно.