Лучший киноактер в Голливуде, главы 1-100

Для человека, который двадцать лет жил в бедности и даже одно время испытывал проблемы с питанием, соблазн денег и красивых женщин был невообразим.

Горячая кровь Мэтью бросилась ему в голову, импульсивные гормоны в его теле, казалось, хотели, чтобы он кивнул головой и сказал «да», но в конце концов, он не был сопляком, только что вступившим в контакт с обществом, и после стольких лет на дне общества, откуда ему было не знать, что за этой приманкой славы и богатства может скрываться болезненная цена, которую придется платить всю жизнь.

Он понемногу отводил взгляд от светловолосой женщины, его глаза постепенно становились решительными.

Моррис, однако, не заметил изменений и, думая, что у него все под контролем, был готов протянуть руку и снова коснуться плеча Мэтью. Ей богу, он касался Мэтью слишком часто.

«Мэтью, следуй за мной, и ты станешь большой звездой, будешь зарабатывать большие деньги и водить лучшие машины».

Рука, которую он тянул вперёд, остановилась в воздухе, плечо парня сместилось в сторону.

Моррис поднял глаза, и прежде чем он успел что-то сказать, Мэтью сказал: «Я люблю деньги и люблю красивых женщин».

Он слегка улыбнулся, а затем его тон изменился: «Но я добьюсь их не таким образом».

«Что?». — Глаза Мориса расширились: «Что ты сказал?».

«Разве не понятно?». — Мэтью указал на свою грудь: «Я увольняюсь, я не буду сниматься».

«Мэтью!». — Моррис повысил голос.

Звук разнесся по студии, и множество людей повернули головы, чтобы посмотреть, как режиссер средних лет в очках идет прямо на них.

«Что происходит?». — Вошел директор и спросил.

«Я не буду сниматься». — Мэтью ответил: «Наймите кого-нибудь другого».

Режиссер сразу же посмотрел на Мориса, который покачал головой, показывая, что он здесь ни при чем, но его лицо под лысой головой исказилось от гнева.

«Значит, хочешь нарушить контакт?». — Лицо Мориса стало совершенно злым: «Придется выплатить большую сумму денег за нарушение контракта! Будешь платить десятикратную стоимость всех костюмов, реквизита и презервативов, сделанных на заказ! Кроме того, если ты думаешь, что можете легко выйти из-».

Мэтью перебил его: «Не надо меня пугать, у меня ничего нет, я бедный человек».

Он достал телефон из кармана и помахал им перед Морисом: «И я могу набрать номер полиции, тут оживленная часть Лос-Анджелеса, верно? Вы ведь не хотите иметь дело с полицией?».

«Хмф, наглый мальчишка, как ты смеёшь так разговаривать со мной, зачем я вообще с тобой связался». — Морис ворчал, сейчас не 70-е и 80-е годы, некоторые вещи нельзя было делать ни при каких обстоятельствах, у них довольно деликатная отрасль, приход полиции мог привести к неприятностям.

Директор вдруг сказал: «Можете увольняться, за нарушение контракта будите платить пятикратную сумму, плюс расходы съемочной группы на вас, я попрошу юрисконсульта взыскать с вас 50 000 долларов».

В этой индустрии временные изменения в съемках были обычным делом, и даже когда актеры внезапно увольнялись, он, режиссер, мог запросто найти других актёров, и хотя этот молодой человек был невероятно красив, он не был готов к приходу полиции.

«Я попрошу юрисконсульта взыскать с вас эти деньги». — Режиссер сказал это равнодушно, как будто пресловутое отступление Мэтью было незначительным делом, и повернулся, чтобы выйти, бросив по пути Моррису: «В следующий раз найди кого-нибудь более надежного».

Режиссёр ушел, а Мэтью сказал Морису: «Ну, пока».

С этим он был готов сразу же уйти.

«50 000 долларов Мэтью, ты должен 50 000 доларов». — Моррис встал перед ним: «И знай, мальчик, ты лишился своего агента, я заставлю тебя вернуться ко мне и умолять простить тебя».

На это Мэтью просто обошел Морриса и сказал на последок: «Не будь настолько высокого мнения о себе, старик, Лос-Анджелес большой, тут много агентов, которые гораздо лучше тебя».

Глава 3

Когда он уходил, мало кто на съемочной площадке обратил внимание на Мэтью, кроме его менеджера Мориса, включая режиссера, который, казалось, уже привык к такой ситуации и не находил ее странной.

Толкнув дверь и выйдя из временной декорации, Мэтью издал долгий вздох облегчения при виде голубого неба и широкой, тихой дороги.

По какой-то причине он испытал чувство благодарности за то, что снова живёт, и не только за новую жизнь, но и облегчение от того, что выскочил из эротической ловушки.

У него не было машины, он приехал на съёмочную площадку на машине своего агента, и теперь Моррис точно не подвезет его, поэтому ему пришлось идти пешком по широкой дороге, следуя указаниям в мутных воспоминаниях.

Температура в Лос-Анджелесе в январе была не слишком холодной, и, пройдя небольшое расстояние, Мэтью снял куртку, и ветерок обдувал его через нитяную рубашку с длинными рукавами, отчего он чувствовал себя гораздо комфортнее.

По обеим сторонам дороги были высажены два ряда высоких пальм, Мэтью смотрел на них с любопытством, проходя мимо каждой из них.

Теперь, наконец, ему не нужно было размахивать кувалдой, но сейчас он должен был беспокоиться о том, как заработать на жизнь.