Лучший киноактер в Голливуде, главы 1-100

Несколько других статистов издевались: «Мы все члены профсоюза актеров, если ты не извинишся, мы пойдем в профсоюз и подадим жалобу».

«Извинись сейчас же».

«Ты же британский «джентльмен», так веди себя подобающе!».

Мэйсон беспомощно посмотрел на своего агента, Гора, которому не оставалось ничего другого, как кивнуть.

«Мне жаль, извините».

Извиняясь перед этими, на его взгляд, незначительными маленькими людьми, сердце Мэйсона было необычайно тяжелым, а глаза слезились, как будто он мог заплакать в любой момент: «Я искренне прошу прощения у всех вас за мои неуместные комментарии».

Один статист махнул рукой с широкой ухмылкой: «Принимаю извинения».

Другой принял позу важного человека: «Я прощаю тебя».

Увидев это, Хелен решила, что уже пора заканчивать фарс, и сказала Мэтью: «Пойдем».

Достигнув своей цели, Мэтью не было нужды зацикливаться, поэтому он последовал за Хелен и направился за пределы площадки.

Покидая съемочную площадку и отправляясь в обратный путь в город, Хелен вдруг спросила: «Тебе было весело его унижать?».

«Что?». — Мэтью замер, потом понял, что она имеет в виду, и ответил: «Я просто защищаюсь, если бы он держал рот на замке, ничего такого не было бы».

Затем он неуверенно спросил: «У меня ведь проблем не будет?».

Хелен медленно покачала головой: «Какие могут быть проблемы? Это не твоя вина, и ты не перегнул палку».

«Думаю, да». — Мэтью намеренно сказал, уходя: «Ты определенно хотела дать ему пощёчину, но сдержалась».

«Хех», — засмеялась Хелен: «Ты умён».

Мэтью посмотрел на город вдалеке и сказал: «Я не образован и не совсем умен, но не глуп».

Они вместе вошли в город, и Хелен неожиданно свернула в кофейню, Мэтью пришлось последовать за ней, они нашли столик у окна и сели, заказали кофе и продолжили только что состоявшийся разговор.

Мэтью снова спросил: «Команда не будет ничего делать?».

«Нет». — Хелен пожала плечами: «Вы всего лишь два маленьких актера, им все равно, пока вы не делаете из мухи слона».

Мэтью также считает, что с такой большой съемочной группой, как у них может быть время, чтобы заботиться о таких мелочах, легко возникали конфликты, когда было много людей в одном месте, если бы им нужно было заботиться о таких мелочах, у них не было бы времени снимать фильм. Тем не менее, он все еще был немного любопытен: «У знаменитостей тоже бывают конфликты во время съемок, верно?».

Анджелина Джоли и Вайнона Райдер — это те, кого он видел собственными глазами: «Что тогда делает команда?».

«Трудно ответить». — Хелен задумалась на мгновение и ответила: «Я забыла, был ли это 1990 или 1991 год, но Джулия Робертс вела себя так нагло и высокомерно на съёмках, что Стивен Спилберг постарался испортить ей жизнь».

Мэтью тут же спросил: «Джулии Робертс попала в чёрный список Голливуда?».

Хелен покачала головой: «Кто знает, но в последние годы у Джулии не было ни одного фильма, который стал бы большим хитом, и на какое-то время она даже исчезла с индустрии кино».

«Но она все еще популярна». — Мэтью восклицает.

Без преувеличения можно сказать, что Джулия Робертс в эту эпоху была голливудской актрисой номер один, синонимом голливудской актрисы.

«Вот почему», — сказала Хелен Херман, взяв свою чашку с кофе и отпив: «В индустрии развлечений контакты и возможности важны».

Мэтью тоже сделал глоток кофе, но не привык к его вкусу и почувствовал, что чай подходит ему больше.

Он отставил чашку с кофе и был готов перейти к делу; конечно, Хелен привела его в это уединенное кафе не для того, чтобы обсуждать старые голливудские сплетни.

«Ты хотела меня о чем-то спросить?». — Он спросил напрямую.

Хелен кивнула и тоже отставила свою чашку с кофе: «Я думаю, у тебя есть потенциал стать настоящим актером».

Мэтью улыбнулся и бесстрастно сказал: «Спасибо, многие так думают».

Хелен посмотрела на Мэтью и быстро подвела итог впечатлению, которое он произвел на нее: достаточно наглый и понимающий, чтобы знать, когда быть наглым, безжалостный, без высокой грамотности, но с проницательностью и, самое главное, совершенно бесстыдный.

Это важное условие для продвижения в этом кругу.

Талант можно развить, а вот моральные качества и принципы в голове нельзя.

Из десятков статистов, пришедших к ней, Мэтью Хорнер был единственным, кому удалось произвести на нее впечатление. На самом деле, Хелен приняла решение быть его агентом с того момента, как рекомендовала Мэтью на роль вождя дикарей.

Взглянув на Мэтью, Хелен негромко сказала: «Подпиши со мной долгосрочный контракт».

Мэтью без раздумий кивнул.

Прежде чем подписать контракт, Хелен нужно было выяснить еще несколько моментов, и она попросила: «Расскажи мне подробно свою биографию».

«Я родился в трущобах недалеко от Далласа, штат Техас», — Мэтью, естественно, имел в виду опыт того, кто был перед ним: «Моя мать умерла от передозировки наркотиков, отец пропал без вести, когда мне было четырнадцать, с тех пор я бросил школу. В основном я был предоставлен сам себе, разносил газеты, собирал мусор, работал ремонтником, а самая долгая работа у меня была строителем».

«Звучит печально». — вмешалась Хелен.