Лучший киноактер в Голливуде, главы 101-200

Миллер на секунду замолчал, а затем прямо спросил: «Чего ты хочешь?».

Том посмотрел на Миллера и почувствовал, что это звучит знакомо, а затем вспомнил, не сказал ли Мэтью то же самое, когда они начали теснить его?

Не прошло и двух минут, как ситуация перевернулась с ног на голову.

Мэтью посмотрел на камеру, стоящую в дверном проеме душевой: «Я хочу камеру».

«Хорошо». — Миллер без колебаний ответил.

«Принесите её сюда».

Миллер сделал жест Тому, который поднял камеру и бросил ее.

Мэтью поймал камеру, вытащил кассету изнутри и положил ее под душ, а затем разломал на куски.

И он обязательно брал с собой корпус камеры.

Мэтью снова посмотрел на Миллера: «Теперь мы переходим ко второму пункту».

Миллер поборол в себе нетерпение: «Что ещё?».

Мэтью намеренно выдвинул условие, которое Миллер мог принять: «Больше не нужно беспокоить меня во время съемок. С этого дня мы не знаем друг друга».

Миллер уже сам не хотел приближаться к Мэтью, что вполне отвечало его потребностям, и тут же сказал: «Нет проблем. Я не скажу тебе больше ни слова, если только наши герои не будут говорить реплики во время съемок».

«Так было бы лучше всего». — Мэтью сделал небольшую паузу и вдруг повернулся к Тому: «Есть еще одно простое условие, которое будет легко выполнить».

Не дожидаясь, пока Миллер что-нибудь скажет, он добавил: «Если ты согласисьшся, я попрошу свою девушку немедленно отдать тебе запись. Если ты не согласен… в последнее время у меня не хватает денег, думаю, смогу продать запись за хорошую цену».

«Скажи, что ты хочешь». — Миллер пристально посмотрел на Мэтью: «Но не перегибай палку».

Мэтью улыбнулся: «Ни в коем случае, это точно не повредит тебе».

Услышав его слова, Миллер почувствовал облегчение, он не хотел платить много, если бы мог.

Мэтью перестал ходить вокруг да около и сказал прямо: «Я хочу, чтобы ты нашёл способ заставить Тома добровольно покинуть шоу».

«Что?». — Том не мог поверить своим ушам.

«Нет!». — Первой реакцией Миллера был отказ.

«Тогда больше никаких разговоров».

Снаружи раздались резкие шаги, когда появился взломщик замков, Мэтью развёл руками: «Дверь открывается, я ухожу».

Он испустил долгий, нарочитый вздох: «Совсем скоро каждый американец будет обсуждать тебя, Миллер».

Раздался хрустящий стук, когда дверь открылась и раздались шаги, Мэтью покачал головой, взял видеокамеру и медленно пошел к двери, не удосужившись бросить взгляд на Миллера или Тома.

Меньше трех секунд понадобилось Миллеру, чтобы принять решение: «Да!».

Том мгновенно встревожился и закричал: «Джон, ты с ума сошел?!».

Он указал на Мэтью и крикнул: «Из-за этого засранца ты-».

«Заткнись!». — Миллер грубо прервал его, в конце концов, кто-то уже вошел снаружи: «Не забывай, ты попал на шоу через мои связи!».

Хотя они оба принадлежали одному агенту, Миллер полностью доминировал над ним, Том был всего лишь маленьким актером с потенциалом.

Том указал на Миллера и не знал, что сказать, как будто ему нанесли смертельный удар.

Миллер проигнорировал Тома, посмотрел на Джеймса, который уже подходил к ним, и сказал Мэтью: «Не забудь о своем обещании».

Мэтью убежденно сказал: «Не забуду».

«Что тут происходит?». — Джеймс остановился в дверях: «Я слышал, как Бен сказал-».

«Да, все хорошо». — Мэтью перебил его: «Вернемся в общежитие».

Глава 126

Двери базы ВВС Эдвард открылись, из них один за другим вышли около сотни мужчин-актеров, готовых отправиться в ближайший аэропорт, чтобы сесть на чартерный рейс прямо в Марокко.

График съемок фильма «Черный ястреб» был плотным, продюсер Джерри Брукхаймер находился в Марокко, готовясь к съёмкам, а режиссер Ридли Скотт также прибыл раньше, ожидая, когда они, актеры, прибудут.

В конце десятидневного тренинга почти все были расслаблены и находились в радостном настроении.

Единственным исключением был молодой парень, который шел в конце, отставая на десять метров от основной группы.

Том Харди, таща свой чемодан, вышел один из ворот базы, его жуткий взгляд устремлен вперед и сосредоточен на одном из мужчин в группе.

Джонни Ли Миллер.

Эта свинья буквально принесла его в жертву ради собственного блага!

После того дня он, конечно, отказался добровольно уйти из съемочной группы, но Миллер позвонил агенту, и под огромным давлением, оказанным агентом, Том мог только отступить. Даже если у него было хорошее семейное происхождение, это не могло изменить того факта, что он был всего лишь незначительным актером и не мог противостоять гигантским голливудским агентским компаниям.

Хотя его агент обещал выплатить ему компенсацию другими способами, Том по-прежнему чувствует себя преданным.

Изначально он относился к Миллеру как к другу, как к партнеру, с которым он мог бы работать, а что сделал Миллер? Он не стеснялся делать из него козла отпущения, когда возникала такая необходимость.

Когда актеры перед ним начали садиться в два автобуса, Том подошел к внедорожнику, приехавшим за ним, и посмотрел на два автобуса, от которых в ярком солнечном свете, как ему казалось, исходил только холод.