Луна. История будущего

С конструкцией иллюминаторов помогли и земные компьютеры. Но это исключение, а не правило: системы автоматизированного проектирования еще не достигли того уровня, на котором они находятся сейчас. Все сложнейшие элементы лунного модуля были начерчены вручную, а многие вручную и собирались. Алюминий так тонок, что не поддается формовке: он требует мастерства. Однако компьютеры играли важнейшую роль не только внутри лунного модуля, но и в процессе его создания. Они занимались организацией процесса. Проводили оценки. Программа PERT использовалась для составления графика разработки в компании Grumman и большинстве других подразделений программы «Аполлон», каждый день выдавая новые графики и определяя, что из необходимого еще не сделано и что нужно сделать в другом месте, чтобы перейти к следующему шагу здесь, а также руководя целой армией рабочих в соответствии с определяемым программами порядком планирования.

Компьютеры были манифестацией будущего, которая делала будущее возможным. Они также делали будущее видимым, синтезируя опыты, для которых еще не было прецедентов. Авиатренажеры появились еще в начале 1930-х годов, когда предприимчивый молодой человек по имени Эдвин Линк понял, что с помощью пневматических систем, которые его семья использовала при производстве церковных органов, можно корректировать положение тренировочной кабины пилота в пространстве таким образом, словно она находится в полете. Эта технология получила широкое распространение во время Второй мировой войны и достигла совершенства при создании тренажеров программы «Аполлон». Ничто заранее не симулировалось в таких деталях, как миссии «Аполлона», которые предварялись тысячами часов тренировок. В симуляторах лунного модуля компьютеры координировали инструкции, получаемые от дроссельного рычага и рычага управления, с движением крошечных оптоволоконных камер по гипсовым моделям лунной поверхности, которым отчаянно позавидовал бы Джеймс Несмит, и показывали пилотам нужные фрагменты Луны, пока те учились контролировать свое странное новое судно во всевозможных условиях.

Необходимость такой симуляции отправляла компьютеры в новые виртуальные миры. Аппаратное обеспечение полета надлежало воссоздать с помощью программного обеспечения на Земле, чтобы тренажеры реагировали на меняющиеся условия точно так же, как настоящий корабль. Виртуальные машины, существующие только в виде строк кода, запускали программы, созданные для реальных машин, как запускали бы их сами реальные машины — во всяком случае, в теории. Раньше никто не создавал машины на основе чистой логики. В процессе исполнения программы часть опыта пилота тоже становилась чисто виртуальной. Визуальный симулятор космического полета лунного модуля, созданный General Electric в 1964 году, реагировал на команды пилота, просто перемещая пиксели по экрану. Таким образом, он создавал первый виртуальный ландшафт: там не было ни анимированных рисунков, ни гипсовых моделей — одни нули и единицы. Сначала он был чисто геометрическим, но со временем в нем появились тени и рельеф. Технику стали применять для исследования других мест и симуляции других путешествий. Однажды это превратится в киберпространство, а затем ляжет в основу создания любых изображений, но началось все с необходимости найти новый способ показать Луну тем, кто готовился по ней прогуляться. Перспектива получения беспрецедентного физического опыта привела к появлению нового опыта виртуального.

Однако, несмотря на новую ориентацию на абстракцию, оставалась и камерность — особенно в скафандре. Изначально многим казалось, что скафандр будет твердым, с шарнирными рукавами, из-за чего человек в нем будет похож на робота. Но на самом деле все оказалось иначе. Скафандры сшили из мягкой ткани на швейных машинках «Зингер» вроде тех, что можно было найти в половине домов Америки, причем работавшие над ними женщины не имели связи с оборонной промышленностью, а трудились в International Latex Corporation, производившей бюстгальтеры и пояса-корсеты Playtex.