Мадонна

Эти «open call

» — ловушки для всех танцоров Нью-Йорка, жаждущих признания. Выстроенные по двенадцать человек на сцене, они должны в течение нескольких минут суметь заинтересовать жюри — то, ради чего они стоят в очереди целыми днями. «Мерси, следующий», — Мадонна сделала уже около двенадцати попыток, и каждая из них заканчивалась подобным образом. Но, как она впоследствии будет петь в «Over and Over» («Снова и снова») — навязчивый мотивчик из ее профессионального творчества, — «Если я что-то теряю, то не чувствую себя словно разбитой параличом. Если я падаю, то поднимаюсь снова и снова». Вот кто может безбоязненно отдать себя в руки «двух Жанов». В то время они сотрудничают с фирмой звукозаписи «Колумбия». Они только что отыскали Патрика Гернанде, автора известного во всем мире шлягера «Born То Be Alive»

[40]

, и инвестировали лэйбл[41] для использования песни в турне. Им нужна труппа девушек-танцовщиц и т. п. Мадонна выходит на сцену с полдюжиной других девиц, которые танцуют и поют: «dit dit dit dit dit dit born dit dit dit dit dit dit born to be alive»… Это, конечно, не Бродвей, но вопреки собственным ожиданиям, Мадонна испытывает сильный подъем. Она сияет. «Два Жана» ошеломлены: «Это хорошо, вы можете остаться. Мы сделаем из тебя звезду, милочка». Это обещают ей бензиновые короли, люди, которые могли бы зарабатывать денег больше, чем Рокфеллер. Мадонна не верит своим ушам. Все эти годы настойчивых поисков, изнурительный труд на параллельных брусьях — все это могло теперь стать оплаченным. Параллельные брусья подкинули ее на звездный небосвод всего за шесть лет. В условиях жесточайшей конкуренции среди танцовщиков — это необыкновенный успех. Кончились эти долгие ночи подготовки к экзаменам, когда она спрашивала себя, зачем она учится; и в конце концов ее отец так и не понял, почему она не осталась на факультете и не получила диплом. Она также могла бы обучать танцам. Или могла бы заниматься своей профессией. Но она никогда не мечтала стать учительницей, ее мечта — стать Павловой. И сейчас все происходит именно так, как она себе представляла.

«Два Жана» делают ей очень интересное предложение. В лицее она была председателем французского клуба. С ней можно было изъясняться и по-французски. Таким образом, на английском ли, на французском, это звучало так: они полностью обеспечат расходы; она может иметь бешеный успех — они собираются сделать из нее великую… певицу. Да, певицу. У Мадонны нет голоса. «Два Жана», говорящие на ломаном франко-американском языке, прекрасно видят это. Но для них это не имеет значения. Мадонна станет просто-напросто королевой диско. В их руках как бы необработанный алмаз. Для Донны Саммер начинается неизбежный закат, и Мадонна сможет скоро оказаться в зените. То, что Джорджио Мородер — немецкий волшебник — сделал из Донны Саммер, «два Жана» собираются сотворить с ней. Даже в сто раз лучше. Снова начнется франко-германская война на фронте дискотек и ночных клубов. Эти французы сделают из Мадонны вторую Эдит Пиаф — поп-музыкальную диву. Прошу меня извинить: некоторые продюсеры — просто шутники, но «два Жана» — настоящие фокусники.