Магистерий. Черный Петер

– Да. Восемнадцатая мотопехотная.

– С военными артефактами дело имели?

– Как и все. Броню носил. Меха-кавалерия святого Креста при нас была, десять рыцарей, под командованием его светлости Августина фон унд цу Альвенслебена. Его светлость сам по себе был один сплошной военный артефакт. Мы обеспечивали им поддержку и снабжение, ну, сами понимаете – если где-то сильный малефик объявлялся, так нас туда.

– Августин? Конечно, знаю его. Сейчас он визитатор в Мазовецком командорстве ордена. Превосходный воин и настоящий христианин.

Да уж, настоящий христианин, подумал Лео, переводя каретку на новый абзац. Особо истовый. Особо преуспевший в уничтожении зла, потому что малефик ведь не может быть христианином, правда?

Конечно, среди фейских домов широко распространено христианство, которое Инквизиция считает ересью. Однако среди тех магов, кто до войны жили среди простецов, найдется немало простых католиков.

Фоули заметно выдохнул. Переступил, перенеся вес на другую ногу.

– Ну вот, господин инквизитор, вы тогда знаете, что такое эти их механические лошади – сначала люди боялись конечно, такая бронированая громадина с огромными копытами, вся в золоте, абсолют отработанный с нее голубым огнем течет, как с вашей машины. Шутка ли – пилота и стрелка унести со всем их вооружением! Ну и топливо им конечно подвозили грузовиками, очищеное. Насмотрелся. А после ранения, – Фоули кивнул на трость, – перевели руководить командой зачистки.