Магнит за три тысячелетия (4-е изд., перераб. и доп.)

компас оказался на столе совершенно случайно. И именно случайностью объявили они

то, что компас лежал рядом с этой проволокой, и совсем случайно, по их мнению,

один из зорких студентов обратил внимание на поворачивающуюся стрелку, а

удивление профессора, по их словам, было неподдельным. Сам Эрстед в своих

позднейших работах писал: "Все присутствующие в аудитории — свидетели того, что

я заранее объявил о результате эксперимента. Открытие, таким образом, не было

случайностью, как бы хотел заключить профессор Гильберт из тех выражений,

которые я использовал при первом оповещении об открытии".

Следует сказать, что отклонение стрелки компаса в лекционном опыте было весьма

незначительным, и поэтому в июле 1820 г. Эрстед снова повторил эксперимент,

используя более мощные батареи. Эффект был значительно сильнее, причем тем

сильнее, чем толще проволока, которой он замыкал контакты батареи. (Чем больше

диаметр проволоки, тем меньше ее сопротивление и, стало быть, больше ток

короткого замыкания.) Кроме того, он выяснил одну странную вещь, не

укладывающуюся в ньютоновские представления о действии и противодействии.

Выражаясь его же словами, "магнитный эффект электрического тока имеет круговое

движение".

Чем же был поражен ученый? Почему в своем четырехстраничном памфлете он

тщательно перечисляет свидетелей, не забывая упомянуть ни об одной из их заслуг?

Среди них "Лауриц Эсмарх — видный ученый; министр юстиции, достойный человек

Влейкель — кавалер ордена Дании; удостоенный высочайших наград Гаук, чье

знакомство с естественными науками прославлено в стране, Рейнхард, профессор

естественной истории; Якобсон, профессор медицины, человек, обладающий

высочайшим мастерством проведения экспериментов; опытнейший химик Цейзе, доктор

философии…"

Дело в том, что Эрстед, трактуя эксперимент, заронил глубокую мысль, мысль о

вихревом характере электромагнитных явлений. "Вихреобразность" процесса,

вызывающего в памяти водоворот, вихрь, спираль, долго не находила сторонников, и

даже Фарадей поначалу не оценил эту мысль. Он еще долго был убежден в том, что

силы, действующие между проводниками с током и магнитной стрелкой, — это силы

притяжения и отталкивания, подчиняющиеся законам Ньютона.

Опыт Эрстеда доказывал не только связь между электричеством и магнетизмом. Не

напрасно Эрстед в своем памфлете перечисляет свидетелей. То, что открылось ему,

было новой тайной, не укладывающейся в рамки ньютоновских законов и прямо

нарушающей третий из них: направления возмущающей силы — электричества

(определяемого направлением провода) и силы реакции — магнетизма (определяемого

направлением магнитной стрелки) были у Эрстеда перпендикулярны. Ученые,

сгрудившиеся у лабораторного стола Эрстеда, впервые видели "противодействие", не

противоположное по направлению "действию".

Памфлет Эрстеда вышел в свет 21 июля 1820 г. Мы не случайно точно указываем дату.

Дальнейшие события развивались в весьма непривычном для неторопливой тогда науки

темпе. Уже через несколько дней памфлет появился в Женеве, где в то время

находился с визитом Араго. Первое же знакомство с опытом Эрстеда показало ему,

что найдена разгадка задачи, над которой бился и он, и многие другие.

Впечатление от опытов было столь велико, что один из присутствующих при

демонстрации поднялся и с волнением произнес ставшую впоследствии знаменитой

фразу: "Господа, происходит переворот…"

Араго возвращается в Париж потрясенный. На первом же заседании Академии, на

котором он присутствовал сразу по возвращении, 4 сентября 1820 г. он делает

устное сообщение об опытах Эрстеда. Записи, сделанные в академическом журнале

рукой протоколиста, свидетельствуют, что академики просили Араго уже на

следующем заседании, 11 сентября, т. е. через неделю, показать всем

присутствующим опыт Эрстеда.

Сообщение Араго слушал и внезапно побледневший академик Ампер. Он, должно быть,

почувствовал в тот момент, что пришла его пора перед лицом всего мира принять из

рук Эрстеда эстафету открытия. Он долго ждал этого часа, успел состариться,

превратиться из юноши в солидного профессора. И вот час пробил — 4 сентября

1820 г. Ампер понял, что должен действовать. Через две недели он сообщил о

рождении электродинамики.

После открытия почести посыпались на Эрстеда как из рога изобилия: он был избран

членом многих авторитетнейших научных обществ, в том числе Лондонского

Королевского общества и Академии Франции, англичане присудили ему медаль Копли,

а из Франции он получил давно заслуженный им приз в 3000 золотых франков,

некогда назначенный Наполеоном для авторов самых крупных открытий в области

электричества.

Принимая все эти почести, Эрстед никогда не забывал о том, что новый век требует

нового подхода к обучению. Он основал в Дании общество для поощрения научных

занятий. Польщенный европейской славой Эрстеда, король Фредерик VI пожаловал ему

Большой крест Данеборга — высшую награду и, кроме того, разрешил основать

Политехнический институт. В те же годы Эрстед организует литературный журнал,

читает просветительные лекции для женщин, покровительствует "маленькому Гансу