Махабхарата. Ревизия смыслов.

Рассмотрим все по порядку. Звучит музыка. Волнуется собрание. Дрона приглашает юных воинов на арену. Первым выходит к зрителям Юдхиштхира. По версии авторов Махабхараты, воины приглашаются по старшинству, причем первым — самый старший и самый опытный. Позволим себе с этим не согласиться.

Во всех описанных в реальной истории соревнованиях — военных, спортивных, артистических, литературных и тому подобное — сначала вызывают на арену состязания самых неопытных, начинающих, в наименьшей степени из всех соревнующихся владеющих демонстрируемым искусством. Так было на Олимпийских играх в Древней Элладе, на гладиаторских боях в цирках Древнего Рима, на рыцарских турнирах Средневековой Европы, на университетских диспутах теологов и философов Средних веков и Ренессанса, и тот же самый порядок мы наблюдаем в современных спортивных, военно-спортивных состязаниях, соревнованиях поэтов, актеров и музыкантов. Почему же такой порядок принят и сохранился с глубокой древности? Любые соревнования происходят в присутствии зрителей. А зрители приходят посмотреть на самых лучших. Почему же сначала им предлагают смотреть на самых слабых? По следующим причинам:

1) цель любых соревнований — выявить самых лучших, но для этого требуется многоступенчатый отсев, который всегда начинается с отсева наиболее слабых. В финале соревнований останутся самые сильные — чемпионы, гранды, гроссмейстеры.

2) если применить обратный порядок, то зрители, посмотрев на самых сильных, просто разойдутся — зачем им смотреть на слабых после сильных? Прямой порядок гарантирует постепенный разогрев зрительских эмоций, которые достигают наивысшего накала во время финальных состязаний самых сильных участников.

3) тем начинающим, кто намерен в будущем достичь тех самых высот мастерства, которые во времена начала их спортивных карьер демонстрировали самые лучшие из участников соревнований, необходимо не только тренироваться на учебных аренах, под постоянной опекой тренера или учителя, но и принимать участие в настоящих больших соревнованиях, где они постепенно приобретают опыт самостоятельной борьбы, без опеки учителей; участие в таких соревнованиях можно сравнить с участием молодых солдат в общевойсковых полевых учениях.

Порядок выступления участников соревнований определяют, естественно, их учителя, в приведенном нами случае им является Дрона, так как соревнуются только его ученики, молодые бойцы. Взрослые профессиональные воины участия в соревнованиях не принимают. Именно он, учитель, лучше всех остальных знает, в каком порядке по мастерству распределяются его ученики.

Поскольку Дрона первым на арену выпускает Юдхиштхиру, то это, по нашему мнению и в свете всего, что мы изложили выше, свидетельствует о том, что его ученик Юдхиштхира самый слабый и плохо овладевший боевыми искусствами участник состязаний.

В подтверждение нашего вывода следует сказать, что последними на арену Дрона вызывает самых сильных из своих учеников: бойцов на палицах Бхимасену и Дурьйодхану, и Арджуну, который демонстрирует искусство стрельбы из лука.

Дурьйодхана выступает перед Арджуной. Демонстрация техники боя на палицах авторами Махабхараты подана как настоящий бой, что, конечно, вряд ли соответствует действительности — показательные выступления бойцов не могут перерасти в настоящий бой, хотя, безусловно содержат в себе его элементы.

Махабхарата широко использует описание поединков, которых никогда не было: таковы бои Арджуны и Карны на сваямваре, Бхимы и Шальи там же, вышеописанный бой Бхимы и Дурьйодханы. Основная особенность их — отсутствие жертв. Подобные поединки будут встречаться нам и в последующих книгах Махабхараты.

Выходу Арджуны на арену предшествует провозглашение Дроной перед всем народом, что Арджуна ему милее собственного сына. Чем же так не угодил Ашваттхаман своему отцу? Мы об этом ничего не знаем... Но возникает большое сомнение в том, что Дрона вообще произносил такие слова. У всех присутствующих неизбежно должен возникнуть вопрос: что это за отец такой, что так не уважает сына? Разве ему можно доверить своих сыновей в качестве учеников? Неуважительно отзываясь о сыне в присутствии огромного количества людей, Дрона тем самым дискредитирует сам себя. Нет, такой авторитетный в своей среде человек, как Дрона, не мог произнести таких слов, если он хоть сколько-нибудь этим своим авторитетом дорожит. Несомненно, что авторы Махабхараты приписывают ему такое отношение к Арджуне и Ашваттхаману. Авторитет Дроны столь высок, что авторы используют его для того, чтобы повысить репутацию Арджуны. Вот почему пандаву называют любимым учеником мастера. А его критические высказывания в адрес Ашваттхамана вызваны теми же соображениями, что и критика Дхритараштры в адрес Дурьйодханы: все кауравы плохи, «злокозненны».