Малыш: мамино счастье

Снова Алекса: «Вчера Егор укладывался спать с криками и воплями, в общем – с полномасштабной истерикой. И я поймала себя на том, что уже трясу его и ору. Как щелкнуло что-то в голове. Стянула сына с постели и повела умываться. Благо вода у нас не холодная – ледяная, в чувство приводит быстро. Потом отвела Егора обратно в комнату. Он продолжал всхлипывать и кричать. Правда, уже заметно тише. Я села на кровати, Егор вце пился в меня руками. Я его очень-очень крепко обняла, он немного вырывался и крутился, но я не отпускала. И начала ему шептать на ушко все то, что я в тот момент совсем даже близко не ощущала: что я его люблю, что он самый замечательный, что он самый хороший, даже когда делает что-то неправильно, что он мое сокровище, что я его никогда не оставлю, что он – самое главное и важное у меня в жизни… Удивительно, но чем больше я говорила, тем быстрее эти чувства возникали. Я уже и думать забыла о том, что почему-то злилась, а Егор обмяк у меня на руках, я его тихонечко положила рядышком и, продолжая обнимать, шептала всякие нежности на ушко. Егор заснул мгновенно, а я еще долго лежала и, крепко обняв, слушала его спокойное дыхание… В такие счастливые минуты у меня появляется чувство ностальгии: я точно знаю, что буду вспоминать этот момент с радостной грустью. Да, Егор сейчас своенравный и местами совершенно несносный мальчишка. Да, он выражает свое недовольство истериками и визгами. Да, все непросто, негладко… Но я точно знаю, что это – одно из самых счастливых моих будущих воспоминаний…»

...

Неэффективные методы борьбы с капризами:

• уговоры и увещевания (бесполезно – они лишь подливают масла в огонь);

• сравнение с кем-либо из «хороших» детей (не менее тщетно, да еще и обидно);

• взывание к совести (у детей ее нет);

• выполнение требуемого (малыш теперь знает, как добиться желаемого);

• угроза наказания и претворение ее в жизнь (ребенку плохо, а его за это еще и шлепают, а потом в угол ставят);

• крики, ответное раздражение или гнев (малыш лишь укрепляется в мысли, что его не понимают);

• бойкот, отвержение – «Уходи, я тебя такого не люблю!» (в психологии считается одним из самых жестоких вариантов обращения с ребенком);

• попытки надавить на ребенка, требовать от него безусловного послушания, заставить сделать так, как нам надо (и получить в итоге «трудного подростка» или безвольного, неуверенного в себе, несамостоятельного человека).

Об истериках отдельной строкой

Истерика – это такой громкий детский скандал (нервный припадок, крайняя степень возбуждения вплоть до потери самообладания). В итоге, мы имеем ребенка, который визжит и брыкается, как резаный поросенок, захлебывается слезами, катается по полу, колотит все, что попадется под руку, швыряет предметы (и себя), бьется головой о стену. И ничего не видит, не слышит вокруг.

Пожалуй, основное, что нужно знать про «истерики» – это то, что они бывают двух типов. Тут легко спутать одно с другим: внешние проявления-то одинаковые. А глубинные причины – разные.

1. Истерика как средство давления и проверка родительской устойчивости («манипулятивная» истерика). Как правило, именно ее имеют в виду, когда говорят о детских истериках: малыш истошно вопит, пытаясь добиться чего-то от родителей. Истерика в данном случае – средство получить желаемое, причем средство проверенное: взрослые когда-то уступили и пошло-поехало.

Что делать в таких случаях? НЕ злиться, не обвинять, не пытаться урезонить. А показать, что мы спокойны, наказывать не собираемся, но и сдаваться точно не будем. И позиция у нас – железобетонная.