— Зажравшийся козёл, как же я вас ненавижу! Всей душой! — шипит от злости, а я столкнул всю посуду на пол и усадил её на стол. Намотал волосы на кулак и с жестокостью впился в губы, чёртов аромат вишни, хочу его постоянно. Совсем не оставляю ей кислорода, проще удавить прямо здесь. Но она трепетно отвечает на ласку, кто бы сомневался, летит как мотылёк на пламя.
— Врёшь, бездарная девка влюбилась в своего господина. Вся покраснела, нравится когда мои губы ласкают? Собирайся домой, рабыня, завтра рано вставать и пахать на пастбище! — выдал с издевкой, но тут она оказалась умнее, взяла перцовый баллончик, и распылила в лицо. Удрала так быстро, что не успел оглянуться.
***
Думал, что она такая ловкая, но настолько, можно лишь аплодировать стоя. С кем-то договорилась и купила билет на самолёт, но вот здесь случился промах, схватили беглянку и доставили в полицейский участок. Сидит вся на стуле, бледная, а увидев меня скукожилась.
— Вот, сэр, поймали воровку.
— Дайте нам побеседовать пару минут! — лицемерно ему заявил, а сам радовался такому исходу событий.
— Браво, Натали! Хитрая оборванка меня впечатлила, только кто разрешал покидать мои владения? Ты принадлежишь мне.
— А не слишком много на себя берете? Рабство давно отменили. И вы не заставите на вас трудиться! — возражает, тем ещё больше разжигает неподдельный интерес.
— Заставлю, и ноги мои целовать будешь! Пока не станешь покорной, неряшливая сучка! Выбирай или соглашаешься вкалывать в поте лица, или отправишься в тюрьму за воровство. А сестра благополучно в детдом!
— Нет, вы не имеете право!
— Я всё могу! Не надо злить дьявола. Ну и каков будет твой положительный ответ? — чувствую привкус долгожданной победы!
— Будь по-вашему, — смиренно произнесла, а я ухмыльнулся.
— Кто бы сомневался. А теперь раздевайся до гола, — обескуражил её данным заявлением.
— Зачем?
— А разве не догадываешься?
— Нет! Только попробуйте! — вырывается, но поздно…
Глава 14
Натали
Плотоядно рассматривает будто сейчас проглотит. Он сущий демон, и добивается меня сломить, чудовище без малейшего сожаления.
— Оглохла, толстозадая? Снимай вещи!
— Я не обязана щеголять перед вами своими голыми формами! О великий сукин сын, — устала с ним пререкаться.
— Страшно, оборванка? На дух не переношу нахалок вроде тебя и обожаю втаптывать в грязь. Кого обманываешь? В родном городе самая настоящая бомжиха. Даже там все ноги вытирают! — морально раздавил, но сказал сущую правду.
— Кто виноват, что меня не берут ни на одну должность? Родители без вести пропали! Нам с сестрой пришлось выживать, чтобы поесть крошку хлеба.
— Жалкая крикливая особь, которая совсем никому не нужна. Замарашка, с примитивным мышлением. Верит она в любовь, её нет, деточка. Есть только такие злые дяди, как я и они тащатся, когда вот такая падаль ноги им целует. Ломают хребты, переступают и проходят дальше! — пронзает насквозь своим взглядом, до чего же подлый человек.
— Слюни подберите, перед вами не разденусь!
— Разденешься, или больше не увидишь сестру! Считаю до трех, снимай тряпье, не выводи хозяина из себя, — применил шантаж и мне пришлось повиноваться. Пальцы дрожат, но нервно расстегивают блузку, потом потянулись к джинсам, и вот добралась до нижнего белья. А он стоит и смотрит с особым вожделением. Избавляюсь от узкого лифа, и стягиваю трусики.
— Довольны процессом? Что вам ещё нужно? — физически устала, спала всего пару часов.
— На колени и ноги мои вылизывай! Давай, я не шучу, неряха! — избавился от ботинок с носками, и присел на стул, и ждал исполнения прихоти. А я попробовала ещё раз поговорить с ним спокойно.
— Вы срываете зло из-за той картины, но я правда её не брала!
— Пятки мои лижи. Кому сказал, мне все пакли тебе выдрать? -похотливо рассматривал грудь, и когда наклонилась к его ногам, довольно ухмыльнулся. Такого унижения прежде не испытывала, он ещё сильнее впился рукой в затылок и заставил выполнить процедуру несколько раз.
— Теперь за каждую провинность, будешь получать, замарашка. Живо наклонилась лицом к столу и оттопырила задницу! Надо ублажить хозяина, — выдал настолько грубо, что я обомлела. Но не стала терять и минуты, накинула сверху куртку и поспешила скрыться. Но он догнал около двери и насильно поставил раком. — Снова показываешь, коготки?
— Не прикасайтесь ко мне! Вы не имеете права! — брыкалась, когда он снял ремень и начал истязать.
— Запомни, воровать плохо. Очень плохо! Получай, — хлестал по заднице, забирая мою волю, а я лишь плакала, понимая насколько морально раздавлена.
***
В приказном порядке вернулась на работу, шантажист поклялся превратить мою жизнь в ад, если посмею сбежать без его разрешения. Ничего настанет и на моей улице праздник, поднакоплю деньги, сделаю документы и уеду прочь. Мыла ступеньки на лестнице, грустно поглядывая на натурщиц, которых он не прекращал хвалить с самого утра. С кем-то может обращаться вежливо, а меня лишь мучает и терзает. От тягостных мыслей отвлекла Альбина, девушка, с которой познакомилась накануне.
— Идём обедать, труженица!