Манифест: Революция

Как обычно, это грубое нарушение Конституции получает поддержку обеих партий. Администрации Клинтона угрожала штатам, разрешившим медицинское применение марихуаны, подвергнуть уголовному преследованию врачей, которые будут ее прописывать. В 2005 году назначенные Клинтоном судьи Верховного суда Рут Бадер Гинзбург и Стефен Брейер поддержали претензии правительства на запрет медицинского использования марихуаны для тех штатов, которые проголосовали за ее разрешение. (Алабама, Миссисипи и Луизиана, которые не разрешили медицинского использования марихуаны и имеют жесткие антинаркотические законы, выпустили совместное заявление о том, что, несмотря на то, что они не согласны с политикой Калифорнии, они еще больше возражают против того, чтобы федеральное правительство имело возможность влиять на эту политику и применять свою власть в этой области).

Конституционные аргументы в пользу разрешения федеральному правительству карать медицинское применение марихуаны даже в штатах, где местные органы его разрешили – это оскорбление для американского народа. Они основаны на полном непонимании положений Конституции, касающихся коммерции и сферы применения этих положений. Однако если вы хотите понять как эти положения используются теми, кто понимает настоящее намерения создателей Конституции, обратитесь к красноречивому особому мнению, высказанному судьей Кларенсом Томасом по делу Гонсалес vs (против) Райх (2005).

Свободы личности, которые я описываю, касаются не только индивида, но и включают его семью и домохозяйство. К примеру, я всегда поддерживал семьи с домашним обучением, идеология которого распространяется от воззрений вермонтских «зеленых» до южных евангелистов. Я всегда говорил, что правительство не владеет своими гражданами – и не владеет вашими детьми. Очень плохо, что некоторые родители принуждаются к оплате обучение своих детей, которое они не только не считают полезным, но и которое они и не одобряют с философской или религиозной точки зрения (я когда-то очень интересовался тем, почему люди, которые вроде бы вполне понимают, что неправильно требовать у людей деньги на поддержку религий, которые они не разделяют, без колебаний проделывают то же в случае сбора денег на образование, философии которого люди не приемлют). Хуже того, в некоторых случаях, они вынуждены лавировать между законами, чтобы все же дать детям образование, которое они считают нужным.

Можно написать длинную книгу о том, как правительство вмешивается в законные права семей, но давайте рассмотрим один пример, который интересен еще и тем, что почти не освещался в масс-медиа. В 2004 году президентская инициатива, под названием Новая комиссия свободы выпустила доклад, в котором предлагала ввести принудительное обследование психического здоровья, начиная с дошкольного возраста. Несмотря на то, что программа не была принята на федеральном уровне, гранты все равно были отправлены в штаты для введения пилотных программ в соответствии с докладом. Я думаю, все поняли, что это значит.

Перед тем, как обсуждать, насколько отвратительно это предложение, давайте посмотрим, кто, очевидно, выигрывает от этого решения: фармацевтическая индустрия. Мало сомнений остается в том, что в результате этой программы у дополнительных миллионов детей сразу обнаружится потребность в психотропных препаратах. Около 2.5 миллионов детей уже используют эти препараты, при этом (по данным журнала Американской медицинской ассоциации) в период с 1991 по 1995 произошел трехкратный рост. Цифра выросла еще в пять раз с 1995 по 2002 годы.

Хорошо ли это? Мы склонны относиться к этому скептически. Отсутствуют данные о долгосрочных последствиях приема психотропных препаратов детьми, чей мозг еще развивается. Медицинская наука не проводила исчерпывающих исследований каждого препарата, так что может получиться, что мы накачиваем наших детей наркотиками. Краткосрочные побочные эффекты уже проявляются у многих детей, в то время как многие родители уже подверглись преследованию органов опеки за то, что отказываются давать препараты своим детям. Еще сложнее станет противостоять режиму, если будет введена программа исследования ментального здоровья. Диагностика многих отклонений весьма субъективна, а врач Карен Эффрем даже высказывает опасения, что дети могут таким образом преследоваться за то, что исповедуют религиозные или политические взгляды, отличающиеся от ортодоксальных.

Ключевой вопрос состоит в том, по какому праву правительство вмешивается в эту область. Вопрос психического здоровья – это, очевидно, вопрос исключительно родителей и их врачей. Какой свободный человек отдаст сокровенные вопросы психического здоровья своего ребенка бездушным правительственным чиновникам?