Марина Цветаева. Рябина – судьбина горькая

Во-вторых, перебегать к немцам, то есть к захватчикам, в тот период было бы безумием: фрицы драпали по всем фронтам! 8 июля 1944 года в районе Минска капитулировала гитлеровская группировка из состава 4-й армии вермахта. До этого окруженцы упорно пытались прорваться, но были брошены убежавшими основными частями. 5 июля из минского котла была получена последняя радиограмма в адрес командования группы армий «Центр»: «Сбросьте с самолёта хотя бы карты местности, или вы уже списали нас?»

Через несколько дней после этого в Минске состоится Партизанский парад; чуть позже советские войска освободят от гитлеровцев Даугавпилс.

Но это – так, для общего понимания ситуации. Ведь для какой-нибудь мадам Швейцер, обвинявшей фронтовика Грибанова за его правдивые изыскания, Европа – некая Луна, вращающаяся вокруг Вашингтона. Откуда американке было знать, кто драпал и куда: важнее было оправдать свой собственный драп. Дамочка, похоже, даже не догадывалась, что немцы на нашей земле вовсе не были «освободителями», а как раз наоборот – поработителями. Да и в сорок четвёртом они представляли из себя порой довольно жалкое зрелище.

Из воспоминаний санинструктора Елены Карповой:

«…И вот прибыли в Белоруссию. Выгружаемся в Кричеве. Видно, здесь начнут лупить фрицев. Ведь это кратчайший путь был для них до Москвы, а для нас будет до Берлина. Кричев, Быхов, Могилёв – какой ужас, что здесь творится, не поддаётся никакому описанию, нужно увидеть своими глазами, но лучше бы никогда не видеть этого. Всё смешалось – леса, болота, комары, партизаны, тысячами выходящие из лесов, немцы, власовцы, мины, сожжённые деревни, гарь, вонь и трупы, трупы, трупы… Тысячи трупов в серо-зелёных и чёрных мундирах. Ими буквально устлана земля – разбросанные, стянутые в кучи. Где есть небольшой клочок освобождённой от трупов земли, она густо полита кровью, от неё исходит тошнотворный запах, и ползают белые черви. Временами кажется, что это сон, жуткий, кошмарный, хочется проснуться, но трупы не уходят. Освобождено от них только шоссе…

Какая же пропасть между советскими солдатами и фашистами. Они своих ослабевших, отставших бросают на дороге, и в голову никому не приходит помочь им… Один фриц ослабел и лёг на обочине – не может идти, у него из ушей течёт, они его бросили, а кто-то из наших солдат положил перед ним полбулки хлеба и несколько стеблей зелёного лука»[164].

Но было кое-что ещё, пострашнее мёртвых фрицев. И это молодой красноармеец Эфрон тоже наблюдал собственными глазами: зверства фашистов на оккупированной ими земле. Многострадальной Белоруссии досталось от гитлеровских «освободителей» как никому.

Из докладной записки члена Военного совета 1-го Прибалтийского фронта генерал-лейтенанта Д.С. Леонова начальнику Главного политуправления Красной армии А.С. Щербакову:

«…За время наступательных боёв – с 23 июня по 10 июля 1944 года – войска Первого Прибалтийского фронта освободили от немецких захватчиков более 3000 населённых пунктов Витебской и Вилейской областей Белорусской Республики. 1 июля войска фронта вступили на территорию Западной Белоруссии и за 10 дней июля освободили 12 районов Вилейской области… Основная масса населения с радостью встретила Красную армию…