Маршалы Наполеона Бонапарта

Наполеон лишил свою «жену» возможности… жениться на любимой – редкой красавице итальянской маркизе Джузеппине Висконти, чья божественная фигура («нагая мода» той поры, как известно, позволяла ее лицезреть чуть ли не «от и до»!) делала ее объектом вожделения всех мужчин. Об ее очаровании говорит и то, что ни одна из ее писавших дневники современниц не зафиксировала в них что-либо, что могло бы бросить тень сомнения на ее красоту. Такое за женщинами всех времен и народов водилось крайне редко. Кто, как не соплеменница, по достоинству оценит чужую красоту?! Как пишет о ней всем известная ехидна номер один той поры, грешившая направо и налево жена генерала Жюно Лаура д’Абрантес: «Она была на самом деле исключительно прекрасна». Суровый Бонапарт женил слабовольного Бертье по своему усмотрению на совершенно невзрачной женщине, но зато баварской принцессе Елизавете, чем навсегда сделал Бертье несчастным человеком.

Между прочим, плодовитая немка Елизавета родила Бертье трех детей: Наполеона Луи Жозефа (1810–1878), Каролину Жозефину (1812–1905) и Марию Анну Вильгельмину Александрину Елизавету (1816–1878). Дети Бертье продолжили фамилию отца. Его старший сын женился на племяннице Жозефа Бонапарта и Бернадота. Многие потомки маршала породнились с семействами Мюрата, Ланна, Сюше. Один из них погиб за Францию в 1918 г. на полях Первой мировой войны. В наши дни носителями фамилии Бертье являются отпрыски сводного брата маршала Александра Жозефа.

Женитьба никак не повлияла на отношения Бертье с давно любимой женщиной. Его семейная жизнь приняла какой-то странный оттенок. В Париже он снял для Джузеппины дом рядом со своим особняком. Овдовевшая маркиза частенько навещала Бертье и даже играла в вист с его женой. В страсти Бертье было что-то болезненное. Не понимая, почему его, такого непредставительного мужчину, самая прекрасная женщина Италии предпочла всем красавцам-рубакам из свиты Бонапарта, он не находил себе места, когда был не рядом с ней. Так, во время неудачного Египетского похода Бертье, примирившийся с потерей дамы сердца, дошел до абсурда. Он воздвиг ее алтарь в своей палатке! Бурьенн, мрачный и педантичный секретарь Наполеона, был ошеломлен, когда, заглянув однажды вечером к начальнику штаба, застал его коленопреклоненным перед портретом дамы сердца. Секретарь скромно кашлянул, но Бертье даже не пошевелился, и совершенно изумленный Бурьенн тихо вышел из палатки, оставив начальника генштаба армии наедине с предметом его обожания.

Судьба нанесла по психике Бертье сокрушительный удар: как только он женился по указу императора, выяснилось, что в тот же день муж маркизы де Висконти скончался, и его дражайшая возлюбленная теперь свободна. Погрузившись в горе, Бертье проклинал несчастную судьбу и плакался Бонапарту о поспешности своей женитьбы. Как Бертье тогда не сошел с ума, для истории осталось загадкой. В далекой России во время отступления из Москвы маршал не выдержал и просил готовившегося к отъезду императора взять его с собой. Но Наполеон был неумолим: «Я знаю, в чем дело. Вы хотите к своей мадам Висконти!» И маршал остался с армией до конца.

Судьба не пощадила любовников. Внезапный удар парализовал левую половину тела маркизы де Висконти. Бертье по-прежнему относился к больной женщине с нежностью. Джузеппина на 25 лет пережила своего таинственно погибшего обожателя. Многие годы спустя на острове Святой Елены Наполеон счел нужным подчеркнуть: «Никогда я не видел такой страсти, как у Бертье к мадам Висконти».

Но вернемся из любовных альковов на поля сражений. В начале Австрийской кампании 1809 г. Бертье совершил массу оплошностей, которые чуть не привели к разгрому армии по частям. Не обошлось без ошибок оптического телеграфа (напутал туман), с помощью которого Наполеон из Парижа стремился координировать деятельность Бертье на передовой в Страсбурге. Обстановка не становилась яснее, так как из Парижа в ставку поступали противоречивые приказы. Наполеон непрерывно посылал дополнения к своим распоряжениям. В течение двух дней царила полная неразбериха, а Бертье с утомленным видом ездил верхом взад и вперед, чтобы быть везде, где грозит опасность.