Читаем Машина, платформа, толпа. Наше цифровое будущее полностью

Решив исследовать это явление, Суини обнаружила, что поиск по именам, более распространенным среди афроамериканцев (например, Тревон, Лакиша или – да, Латания), с гораздо большей вероятностью приводил к появлению сообщения «Арестована?», чем по именам, чаще ассоциирующимся с белыми (например, Лори или Брендан)[142]. О причинах этого феномена нельзя сказать ничего точно, но Суини дала ему такое объяснение: алгоритм Google, обеспечивающий показ рекламы, заметил, что клики более вероятны, когда объявления связаны с именами, характерными для чернокожих. Это не отражение сознательных дискриминирующих действий людей, размещающих объявления или работающих в Google. Просто алгоритм отражает и усиливает распространенный в обществе расовый предрассудок, проявляющийся в решениях миллионов людей кликнуть по определенным объявлениям. Аналогичным образом по словам «ученый» и «бабушка», набранным в январе 2017 года в сервисе поиска изображений Google, выдавалось ошеломляющее количество фотографий белых людей.

В статье в Nature Кейт Кроуфорд и Райан Кало отмечали опасность того, «что в ряде контекстов недостатки систем искусственного интеллекта чрезвычайно влияют на группы, которые и без того находятся в невыгодном положении из-за таких факторов, как расовая принадлежность, пол или социально-экономические условия», и подчеркивали, насколько важно при проектировании таких систем учитывать социальные воздействия – как намеренные, так и непреднамеренные[143].

Мы разделяем эту озабоченность и видим в тенденции к алгоритмическому принятию решений как вероятные проблемы, так и благоприятные возможности. Проблемы состоят в том, что такой подход способен укоренить и закрепить несправедливые, опасные и нежелательные искажения. Хуже того, такие искажения могут возникать, несмотря на искреннее желание разработчиков создавать по-настоящему беспристрастные системы, и, вероятно, их будет трудно обнаружить без масштабного тестирования. Любой проект обязательно столкнется с такой проблемой.

Благоприятные возможности состоят в том, что компьютерные системы, как правило, легко поддаются тестированию и улучшению. И если какую-то ошибку однажды исправить, то маловероятно, что она проявится снова. Людям, напротив, крайне трудно разобраться в своих предрассудках (сколько явных расистов и сексистов вы знаете?), не говоря уже о том, сколько труда нужно для их преодоления. Если смотреть на ситуацию реалистично, то для систем, принимающих решение, идеальным не будет ни один стандарт – хоть на основе компьютера, хоть на основе человека, хоть на их сочетании. Любая система, скорее всего, будет содержать искажения и делать ошибки. Так что лучше поставить цель выработать такой подход, который сведет их к минимуму и позволит легко и быстро их исправлять.

ИСПОЛЬЗУЙТЕ РАЗУМ ДЛЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЙ – НО ДЕЛАЙТЕ ЭТО РАЗУМНО

Какую роль в принятии решений должны играть люди (и должны ли вообще)? Мы уже знаем об искажениях и ошибках Системы 1, у нас есть океаны данных и растущие с каждым годом вычислительные мощности, так что можно сделать вывод, что «невидимая экономика» вот-вот вытеснит традиционную, а цифровые аналоги Системы 2 вскоре станут принимать большинство решений. Есть такая старая шутка: в будущем на каждом заводе останется всего два работника – человек и собака. Обязанностью человека будет кормить собаку, а обязанностью собаки – следить, чтобы человек не касался машин[144]. А может, действительно компании завтрашнего станут такими?

Мы так не думаем. Да, у нас есть предрассудки, которых нет у компьютеров. Но у нас есть и сильные стороны, которых лишены машины. Начнем с того, что мы постоянно получаем от своих органов чувств невообразимое количество данных и при этом не занимаемся предварительным отбором – просто вбираем их целиком по мере поступления. Нам трудно слышать только некоторые звуки или видеть только некоторые вещи – даже в течение короткого времени. Компьютеры ведут себя наоборот: они испытывают огромные трудности в сборе разнородных данных или данных, отличных от тех, с которыми им позволили работать конструкторы и программисты.

Перейти на страницу:

Все книги серии МИФ. Кругозор

Захотела и смогла
Захотела и смогла

Поступить в актерскую школу в 69 лет и в 79 покорить Голливуд.Избавиться от лишнего веса и привести себя в идеальную физическую форму в 58.Стать финансовым брокером в 75 и заработать миллион.Начать успешную спортивную карьеру в 60.Стать моделью в 82.В этой книге собраны удивительные истории женщин, которые на собственном примере доказали, что реализовать свои менты возможно в любом возрасте.И все же эта книга не только для тех, кому сегодня за пятьдесят.Истории людей, нашедших свое счастье в возрасте за 60 или за 70 лет, невольно заставляют вспомнить о тех, кто несчастлив в 30, 40 или 20.Конечно, после пятидесяти наступает потенциально самый яркий и самый счастливый период нашей жизни.Но все же мне бы хотелось, чтобы и те, кто еще не достиг этого удивительного времени жизни, прочитав эту книгу, сказали себе:«Если это возможно в 60, значит, это возможно и в 30!»

Ксения Сергеевна Букша , Александр Мурашев , Татьяна Хрылова , Владимир Егорович Яковлев

Биографии и Мемуары

Похожие книги

Кризис
Кризис

Генри Киссинджер – американский государственный деятель, дипломат и эксперт в области международной политики, занимал должности советника американского президента по национальной безопасности в 1969—1975 годах и государственного секретаря США с 1973 по 1977 год. Лауреат Нобелевской премии мира за 1973 год, Киссинджер – один из самых авторитетных политологов в мире.Во время работы доктора Киссинджера в администрации президента Ричарда Никсона велась регулярная распечатка стенограмм телефонных разговоров. С 2001 года стенограммы, хранящиеся в Национальном архиве США, стали общедоступными.Эти записи и комментарии к ним Генри Киссинджера передают атмосферу, в которой принимались важные решения, и характер отношений, на которых строилась американская политика.В книге обсуждаются два кризиса – арабо-израильская война на Ближнем Востоке в октябре 1973 года и окончательный уход из Вьетнама в 1975 году.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Генри Киссинджер , Руслан Паушу , Антон Цвицинский , Эл Соло , Джаред Мейсон Даймонд

Экономика / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Научно-популярная литература / Образовательная литература
Наживемся на кризисе капитализма… или Куда правильно вложить деньги
Наживемся на кризисе капитализма… или Куда правильно вложить деньги

Эту книгу можно назвать «азбукой инвестора». Просто, доступно и интересно она рассказывает о том, как лучше распорядиться собственным капиталом.На протяжении последних нескольких десятков лет автор, Дмитрий Хотимский, вкладывал деньги в самые разные проекты: размещал деньги на банковских депозитах, покупал облигации, серебро, валюту, недвижимость, картины. Изучив законы макроэкономики и проанализировав результаты своих вложений, он сумел вывести собственную теорию, которая объясняет, какие инвестиции приносят деньги и – главное – почему.Эта книга поможет вам разобраться в основах инвестиционной науки, подскажет, как избежать огромного числа рисков и получить максимальный доход. Рекомендуется к прочтению всем, кто хочет научиться инвестировать с умом.

Дмитрий Владимирович Хотимский , Дмитрий Хотимский

Экономика / Личные финансы / Финансы и бизнес / Ценные бумаги
Экономика для "чайников"
Экономика для "чайников"

В этой книге вы найдете описание самых важных экономических теорий, гипотез и открытий, но без огромного количества малопонятных деталей, устаревших примеров или сложных математических "доказательств". Здесь освещены такие темы. Как государство борется с кризисами и безработицей, используя монетарную и фискальную политики. Как и почему международная торговля приносит нам пользу. Почему от плохо разработанных прав собственности страдает окружающая среда, где происходит глобальное потепление, загрязнение воздуха, воды и грунта и исчезают виды растений и животных. Как прибыль стимулирует предприятия производить необходимые товары и услуги. Почему для общества конкурирующие фирмы почти всегда лучше, чем монополисты. Каким образом Федеральный резерв одновременно руководит количеством денег, процентными ставками и инфляцией. Почему политика государства в виде контроля над ценообразованием и выдачи субсидий обычно приносит больше вреда, чем пользы. Как простая модель спроса и предложения может объяснить назначение цены на все, начиная с комиксов и заканчивая операциями на открытом сердце. Я сделаю все, от меня зависящее, чтобы все вышеперечисленное — и даже больше — объяснить вам ясным и понятным языком. В этой книге я разместил информацию таким образом, чтобы передать вам бразды правления. Вы можете читать главы в произвольном порядке, у вас есть возможность сразу же попасть туда, куда пожелаете, без необходимости читать все то, на что вы не хотите тратить свое внимание. Экономистам нравится конкуренция, поэтому вас не должно удивлять, что у нас существует множество спорных точек зрения и вариантов каких-либо определений. Более того, лишь в результате энергичных дебатов и внимательнейшего обзора всех фактов, предлагаемых нашей профессией, можно понять взаимосвязи и механизмы нашего мира. В этой книге я постараюсь прояснить те фантазии или идеи, которые приводят к многим разногласиям. Эта книга содержит перечень ключевых идей и концепций, которые экономисты признают справедливыми и важными. (Если же вы захотите, чтобы я высказал собственную точку зрения и назвал вам свои любимые теории, то придется заказать мне чего-нибудь горячительного!) Однако экономисты не достигли согласия даже по поводу того, каким образом представлять ключевые идеи и концепции, так что в данном случае мне нужно было принять несколько решений об организации и структуре. Например, когда речь идет о макроэкономике, я использую кейнсианский подход даже в том случае, когда приходится объяснять некоторые не-кейнсианские концепции. (Если вы не знаете, кто такой Кейнс или что такое кейнсианство, Не переживайте, позднее я вам его представлю.) Некоторым из вас это может не понравиться, но, по моему мнению, это способствует краткости изложения.

Шон Масаки Флинн

Экономика / Финансы и бизнес