Мать и дитя. Первый год вместе. Путь к обретению телесной и душевной близости

ФИЗИОЛОГИЯ ПРОЦЕССА. ПЛЯСКА ГОРМОНОВ

Изменения тела, происходящие сразу после родов, – тоже вполне себе повод, чтобы впасть в уныние. Живот обвисший и исполосован морщинками или растяжками, лицо опухшее и иногда в прыщах, грудь болит, кожа бледная – от одного этого зрелища женщина может здорово расстроиться, особенно если по неопытности ожидала увидеть в зеркале прежнюю себя. Но даже если тело пережило беременность и роды без особых потрясений (бывает и такое!), гормоны после родов все равно исполнят свой буйный танец.

Так, уровень гормонов группы эстрогенов и гормона прогестерон, в числе прочих ответственных за протекание беременности, повышается в крови беременной женщины постепенно, мягко, а вот падает до отметки «не беременна» в течение суток после родов. Также неделикатно поступают и другие гормоны: одни (гормоны щитовидной железы) резко уменьшают свое присутствие в организме женщины, другие (окситоцин и пролактин), наоборот, рвутся в бой, настраивая мамочку на заботу о потомстве и выработку молока.

Умеренно вырабатывается и адреналин, помогая женщине осознать, что детеныш нуждается в защите и объятьях. От такой невидимой свистопляски, конечно, можно и расплакаться, и раскричаться. И именно поэтому перепады настроения, спутанность мыслей и хандра в первый месяц после родов – это нормальная психоэмоциональная реакция на телесный стресс.

Придавать чрезвычайное значение обыкновенной послеродовой хандре не стоит, но и игнорировать влияние гормонов тоже. Чтобы гормоны спокойно делали свое дело, в первый месяц материнства женщине, особенно если она настроена на кормление грудью, лучше отсидеться в «норке», поменьше думать, читать и смотреть и повременить с гостями. Организм чутко реагирует на любые изменения среды, может воспринять их как опасность и, к примеру, выбросить слишком много адреналина. Чрезмерный выброс адреналина может забрать силы и на первых порах замедлить установление лактации.

Горе утраты

Начало материнства – это еще и конец прежней жизни. Да-да, той жизни, которая у женщины была и которая, возможно, ей нравилась, больше нет и не будет. Взамен вольной, в меру эгоистичной жизни женщине дано счастье материнства. И хотя, конечно, детские улыбки и детские объятия будут слаще любых, самых веселых вечеринок, но это будет потом, в перспективе. Сейчас новорожденный ребенок только и делает, что требует, требует, требует… Не исключено, что молодая мама, уставшая, нервная, очень ответственная, невольно задумается: «И на что я променяла свою прекрасную жизнь?»

Странно или нет, но в начале этого пути женщина, в том числе та, которая мечтала о материнстве и с радостью ждала ребенка, может столкнуться с переживанием утраты, потери чего-то очень дорогого. Это, по сути, горестное переживание, а в ситуации, когда все вокруг, да и она сама, празднуют «прибавление в семействе», оно может стать почти непереносимым.

Противоречивые, взаимоисключающие, казалось бы, эмоции, такие как радость и грусть, выдерживать сложно. Кроме того, на горевание накладываются стыд и вина («Да что ж я за мать такая!»). И вот уже молодая мать не находит себе места. Баюкает орущего младенца, сама тоскует о вольной жизни, тут же ругает себя за это, гонит тоску прочь, но вместо этого загоняет саму себя в ментальный тупик. Ни пережить утрату толком не удается, ни проникнуться искренней нежностью к ребенку не получается.