В одно время с заметками Пушкин составлял известную родословную своей фамилии и писал ту стихотворную повесть своего дома, о которой покойный библиофил Бессонов так верно говорил, что она, кажется, подслушана у истории. Пьеса эта, известная под названием «Моя родословная», отличается, по замечанию того же критика, спокойным, светлым состоянием духа, несмотря на обманчивые полемические приемы свои{505}. Действительно, первая ее мысль принадлежит проекту отражения какого-то намека, стало быть, бесплодным и темным отношениям эпохи, но в процессе творчества поэтический элемент одолел первое побуждение и совершенно уничтожил его в собственной своей мысли. Основная причина, породившая пьесу, до того пропадает из глаз, что поэту надо упоминать об ней отдельно от своей пьесы. Так он писал в Болдине: «Где-то сказано было, что прадед мой Абрам Петрович Ганнибал, крестник и воспитанник Петра Великого, наперсник его (как видно из собственноручного письма Екатерины II), генерал-аншеф, отец Ганнибала, покорившего Наварин и проч., был куплен шкипером за бутылку рому. Прадед мой, если был куплен, то, вероятно, дешево, но достался он шкиперу, коего имя всякий русский произносит не всуе…»{506} На другом листке, носящем пометку «16 октября 1830 года, Болдино», он повторяет то же самое замечание в четверостишии, но в следующих за ним строфах совершенно освобождается от всякого полемического направления и переходит в область чистой поэзии:
Так и написана была вся эта пьеса, принадлежащая, по первому замыслу, к заносчивым спорам того времени, по исполнению – миру светлого искусства.
Здесь покидаем на несколько минут наш сбор биографических материалов, чтоб представить читателям любопытный документ, упоминаемый Пушкиным: копию с письма императрицы Екатерины II к А.П. Ганнибалу. Письмо, во-первых, объясняет значение Ганнибала как сподвижника Петра 1-го и его отношения к великому преобразователю России, а во-вторых, само по себе принадлежит истории и, может быть, не всем известно. Копия найдена в бумагах Пушкина; мы не знаем, в чьих руках находится теперь подлинник его.
Копия с письма
ИМПЕРАТРИЦЫ ЕКАТЕРИНЫ II
«Абрамъ Петровичъ! Мн не безъизвстно, что мнoгie чертежи въ сохраненiи вашемъ находилися, когда блаженныя памяти Государь Петръ Великiй, по способности вашей, употреблялъ васъ по многимъ дламъ; почему я думаю, что вы, сохраняя память сего Великаго Государя и своей тогдашней при Немъ службы, сберегли въ своихъ рукахъ вс любопытства достойныя бумаги. А какъ мн извстно же, что Онъ помышлялъ о строенiи канала отъ Москвы до Петербурха и ктому уже и проектъ здланъ былъ, то вы Мн особливую благодарность здлаете, ежели, чертежъ тому отъискавъ (когда онъ у васъ былъ), пришлете ко Мн со всми принадлежащими къ нему бумагами, хотя бы онъ въ черн только былъ здланъ. Но ежели вы ничего о семъ дл въ рукахъ своихъ не имли, то по крайней мp укажите Мн, гд оный отъискать можно, который Я съ нетерпниемъ видеть хочу.
Также естьли вы о семъ проект отъ Его Величества разсужденiи слышали, прошу сколь вы о томъ вспомните, ко Мн отписать. Остаюсь вамъ доброжелательная.
Екатерина
2-го сентября 1765 года. Царское Село»{507}.
Отметка «собственноручно» и скобка при ней сделаны рукой А.С. Пушкина.