Материалы для биографии А. С. Пушкина

«Не твоя печаль чужих детей качать, т. е. не твоя забота.

Бодливой корове бог рог не дает. Пословица латинская.

Нужда научит калачи есть, т. е. нужда – мать изобретения и роскоши.

Кто в деле, тот и в ответе. В деле, т. е. в должности; в ответе, т. е. в посольстве.

Не суйся середа прежде четверга. Смысл иронический и относится к тем, которые хотят оспаривать явные, законные преимущества; вероятно, выдумана во время местничества.

Горе лыком подпоясано. Разительное изображение нищеты, см. «Др<евние> стих<отворения>».

Иже не вриже, его же пригоже. Насмешка над книжным языком: и в старину над этим острились» и проч.{441}

Можно полагать, что эти заметки, теперь не новые, но свидетельствующие о скромном уединенном занятии поэта» будут занимательны для читателей. Между прочим, заметка о пословице «Кто в деле, тот и в ответе» помогла Пушкину указать М.Н. Загоскину одну обмолвку в его романе «Юрий Милославский» (См. «Литера<турную> газ<ету>», 1830, № 5){442}. Не менее живое впечатление производят и выписки терминов соколиной охоты, из которых большая часть принадлежит книге царя Алексея Михайловича «Урядник, или Новое уложение и устроение чина сокольничья пути» (1668), а другие – летописям и актам. Вот пояснения Пушкина:

«Семеновский потешный двор.

Светлица для выдерживания птиц.

Челиг – самец, дикомыть – самка.

Обносцы. – ремешок олений, с красным сукном.

Кречет больше и серее сокола. Сокол посизее.

Должик – в два аршина ремень сыромятный.

Вобил, вабила – гусиные крылья, с сырым мясом.

Шалгачь – мешок для живой птицы, на ремне.

Вертлуг железный, на нем вертится вобила.

Стул – где сначала сидят кречеты.

Толунбасы – род барабана для пуганья птиц.

Помцы, Тайник – Сети»{443} и проч.[223].

Может быть, эти сухие комментария имели еще другую цель у Пушкина, кроме изучения самого предмета. Картина старой соколиной охоты нашей в поэтическом описании, вероятно, уже носилась перед его глазами, когда он составлял свои выписки, и труд его был, статься может, только ступенью для вдохновения. Мы скоро увидим, что самые строгие занятия разрешались художественными произведениями у Пушкина: натура поэта в нем никогда не ослабевала и поэтическая струя не иссякала даже и в кропотливом сборе и проверке ученых материалов.

К числу заметок его о языке, уже известных публике, принадлежит еще следующая, неизданная:

«Множество слов и выражений, насильственным образом введенных в употребление, остались и укоренились в нашем языке. Например, трогательный от слова touchant (см. справедливое о том рассуждение г. Шишкова). Хладнокровие. Это слово не только перевод буквальный, но еще и ошибочный; настоящее выражение французское есть Sens froid – хладномыслие, а не Sang froid. Так и писали это слово до самого 18-го столетия. Dans son assiette ordinaire. Assiette значит положение, от слова asseoir, но мы перевели каламбуром – не в своей тарелке:

Любезнейший, ты не в своей тарелке.

«Горе от ума»{444}.