Мавританская Испания. Эпоха правления халифов. VI–XI века

Тем не менее оба евнуха были вынуждены делать хорошую мину при плохой игре. Испросив аудиенции у Мус-хафи, они принесли свои извинения и объяснили, что их поспешные предложения были неблагоразумными и его политика является намного более предпочтительной. Мус-хафи, ненавидевший евнухов так же сильно, как они его, не видел никакой возможности покарать их. Поэтому он принял их извинения, и мир, по крайней мере видимый, был восстановлен.

На следующее утро, в понедельник 2 октября, жители Кордовы получили приказ явиться к дворцу. Там они обнаружили молодого принца в тронном зале. Рядом с ним стояли Мус-хафи, Файик и Джаудхар. Присутствовали и другие чиновники. Кади Ибн ас-Салим совершил обряд дачи клятвы сначала дядьями и кузенами монарха, потом визирями, дворцовыми чиновниками, главными курашитами и городской знатью. Когда это было сделано, Ибн-Аби Амир получил приказ организовать клятву остальных присутствующих. Это оказалось не так просто, потому что некоторые из собравшихся упорствовали в непокорности. Но благодаря красноречию Ибн-Аби Амира и силе его убеждения он добился грандиозного успеха. Лишь два или три человека отказались давать клятву. Все заинтересованные лица хвалили непревзойденный такт и способности, продемонстрированные по этому случаю главой монетного двора.

Пока все шло хорошо для Мус-хафи и его сторонников, и горизонт казался безоблачным. Население, судя по спокойствию и покорности, смирилось с идеей регентства, хотя еще не так давно она внушала им отвращение. Но внешность оказалась обманчивой. Угли еще тлели под толстым слоем золы. В личных разговорах все чаще звучали проклятия в адрес жадных и честолюбивых магнатов, которые захватили власть и начали свое правление с убийства ни в чем не повинного принца Мугира. Евнухи тщательно поддерживали недовольство и при необходимости раздували искры. В результате очень скоро ситуация стала взрывоопасной – в любой момент мог вспыхнуть мятеж. Ибн-Аби Амир, не испытывавший никаких иллюзий в отношении народных чувств, посоветовал Мус-хафи припугнуть толпу демонстрацией военной силы, вызвать в ней светлые чувства, показав юного халифа, и успокоить их, ликвидировав какие-нибудь пошлины. Мусхафи одобрил предложенные меры. Было решено, что юный халиф будет предъявлен народу в субботу 7 октября. Утром этого дня Мус-хафи, который до этого официально имел должность только визиря, был повышен – или, точнее, повысил сам себя, – став хаджибом, а Ибн-Аби Амир, согласно желанию Авроры, стал визирем, и ему было доверено управление государством вместе с Мус-хафи. Хишам II проехал на коне в окружении войск и в сопровождении Ибн-Аби Амира. Одновременно был обнародован декрет о ликвидации пошлины на масло – самого одиозного из налогов, больнее всего бьющего по низшим классам. Эти меры, особенно последняя, произвели ожидаемый эффект. Ибн-Аби Амир не преминул рассказать всем, кому только мог, что именно он предложил ликвидировать этот налог, и бедняки, среди которых, как правило, зарождались мятежи, стали считать его истинным другом.