Мавританская Испания. Эпоха правления халифов. VI–XI века

Однако пока не горожане больше всех страдали от дикости берберов. После шестинедельной осады Кордовы африканцы слегка отклонились и напали на Аль-Захру, которую захватили через три дня благодаря предательству офицера, который 4 ноября 1010 года открыл перед ними ворота. Последовала резня. После трагедии Аль-Захры кордовцы уже не испытывали сомнений относительно того, какая судьба им уготована берберами. Гарнизон был убит весь – до последнего человека. Население стало прятаться в святом месте – мечети, но это оказалось ненадежным убежищем против африканцев, которые убивали мужчин, женщин и детей в любом месте без разбора. Разграбив Аль-Захру, берберы подожгли ее, и вскоре этот город, один из красивейших городов Европы, стал тем, чем ее соперник Захира уже была, – грудой руин.

На протяжении всей зимы часть берберской армии разоряла окрестности Кордовы и перехватывала все запасы. Лишенные собственности деревенские жители прятались за стенами, и вскоре их стало больше, чем горожан. Но поскольку цены на продовольствие взлетели, было невозможно прокормить их всех, и очень многие погибли. У правительства тоже ресурсы были на исходе. Чтобы получить хотя бы немного средств, Вадхи был вынужден продать большую часть библиотеки Хакама. В других провинциях тоже свирепствовали банды африканцев. Самые крупные города оказывались в их руках, и во многих случаях жители разделяли судьбу населения Аль-Захры. Испания являла собой жалкое зрелище. Деревни были покинуты, и путешественник мог несколько дней ехать по тому, что еще совсем недавно было оживленной дорогой, не встретив ни одного живого существа.

Летом 1011 года нужда в Испании, и особенно в Кордове, усилилась. Создавалось впечатление, что город находится под несчастливой звездой, и без того бедственное положение усиливалось гражданскими беспорядками. Солдаты приписывали все свои несчастья Вадхи, и славянский генерал Ибн-Аби Ваад, личный враг хаджиба, всячески поддерживал и раздувал недовольство. Постоянно подвергающийся публичным оскорблениям, чувствующий, что положение становится невыносимым, Вадхи отправил некого Ибн-Бакра к Сулейману с предложением мира. Этот шаг вызвал живейшее негодование. Когда Ибн-Бакр вернулся после беседы с антихалифом и вошел в зал приемов, солдаты набросились на него и убили в присутствии халифа и Вадхи раньше, чем он успел рассказать, до чего договорился. Тогда хаджиб решил спрятаться у берберов, но Ибн-Аби Ваад узнал о его плане и помешал ему. Собрав славян, он привел их во дворец Вадхи. «Негодяй! – воскликнул он. – Ты промотал деньги, который сейчас нам так нужны! И теперь решил выдать нас берберам!» Солдаты быстро покончили с несчастным, и уже через несколько минут его голову пронесли по городским улицам. Начался грабеж его дворца и домов его приверженцев. А его труп был брошен туда же, где уже лежали тела Махди и Ибн-Аскелейи. Это было 16 октября 1011 года.

Прошло еще полтора года, прежде чем враги ворвались в город и избавили кордовцев от продолжения междоусобной войны. А пока Ибн-Аби Ваад правил городом железной рукой. Ему помогли богословы, объявив войну против берберов священной. Осажденные периодически добивались успехов. В мае 1012 года им в руки попал знаменитый бербер Хобаса, племянник Зави. Он находился в самой гуще сражения, когда у него ослабла подпруга. Он остановился, чтобы ее подтянуть, но в это время христианский воин-славянин выбил его из седла копьем, и он сразу же был убит другими славянами. Его брат Хаббус попытался отобрать тело у врагов, но после отчаянной схватки был отброшен. Торжествующие славяне принесли голову Хобасы во дворец, а тело бросили на поругание толпе, которая, вдоволь поиздевавшись над ним, предала тело огню. Берберы пришли в ярость. «Мы отомстим за нашего капитана! – кричали они. – Даже когда на землю прольется кровь последнего кордовца, наша жажда мести не ослабнет!» Они удвоили усилия, но отчаяние придало кордовцам сверхчеловеческую энергию. Они устроили такую мощную вылазку под командованием Ибн-Аби Ваада, что враг был вынужден снять осаду. Они даже изгнали берберов из Севильи, правда, не смогли помешать им захватить Кала-траву и вскоре опять появиться у стен столицы. Несмотря на упорное сопротивление кордовцев, берберы сумели заполнить ров и овладеть восточным кварталом города. Фортуна еще раз улыбнулась кордовцам, и они сумели изгнать врага с выгодных позиций, которые они занимали, но это был их последний успех. В воскресенье 10 апреля 1012 года берберы вошли в город – ворота им открыл подкупленный ими офицер.