Медиа-пиратство в развивающихся экономиках

В отличие от обсуждения Марко Сивиля, это обсуждение прошло полностью за закрытыми дверьми. Новости о существовании рабочей группы появились только в 2009. Отчет IIPA 2009 года в Бразилии, также, как и Министерство юстиции и APBD в их разделах годового отчета CNCP упоминает об этом (Ministerio da Justifa 2009). Эти встречи до сих пор не были освещены в СМИ.

В наших опросах члены рабочей группы ISP выражали опасения, что негативная гласность и противоречие, окружающие подобные законы в других странах (таких как французский закон HADOPI), могли навредить попыткам осуществления дифференцированных ответных мер в Бразилии. Осведомители упомянули, что предпочитаемая стратегия состояла в том, чтобы связать бразильский подход с «британской моделью,» которая в это время (до выхода закона «О цифровой экономике» и публикации в июне 2009 Британского цифрового отчета), предполагал только сокращение полос пропускания так называемого утяжеленного загрузчика вместо того, чтобы отключить их доступ в Интернет полностью.

Хотя эта работа была далека от достижения своего логического завершения, когда наши опросы имели место, казалось, существовало согласие среди отраслевых представителей с тем, что сокращение полосы пропускания было соответствующим штрафом за нарушение P2P, осуществляемое через контракт ISP с виновной стороной. Как наблюдал один представитель киноиндустрии:

Я не выступаю «за» вторжение в чью-либо частную жизнь, или «за» наблюдение за тем, кто что делает… Никто не «за». Я только думаю, что должны быть средства управления в том смысле, что контракты, которые люди подписывают с компаниями поставщика, должны выполняться. Каждый контракт между человеком и ISP о том, что человек не будет участвовать в незаконном поведении, не будет делать [незаконные] загрузки. Это прописано в контракте. Таким образом, я не выступаю «за» то, чтобы быть в курсе того, какую интернет страницу Вы просматривали вчера вечером, но если имеет место [нелегальная] загрузка, должна быть мера для предупреждения этого человека, чтобы заставить его или ее прекратить эти действия.

У этого средства осуществления квалифицированных ответных действий есть заметное преимущество, для правообладателей, уменьшения или устранения роли для судебной или административной оплошности: правообладатели просто сообщили бы провайдерам, что нарушение контента было совершено особым IP-адресом, и ISP передает уведомление пользователю. После повторных нарушений (так называемые три штриха), он наложил бы наказание. Если бы подписчики должны были бросить вызов этому действию, они сделали бы это в контексте договорного спора, а не как лишение основного права. При этой стратегии отпадает потребность в новом законе.

Совместимость таких штрафов с существующим бразильским законом, особенно с потребительским правом, остается нерешенным вопросом даже в контексте добровольных контрактов на услуги. Также были обсуждены изменения в модели, где большую роль играют суды, включая версии, основанные на законе Франции HADOPI, включающим краткий судебный надзор за разъединениями. Однако ни один из отраслевых представителей, у кого взяли интервью для этого отчета, не описал потребность в системе сдержек и противовесов, или причастность органов государственной власти, или процедурную структуру, которая позволит пользователям реагировать на обвинения в нарушении. Такие проблемы, по нашему представлению, вероятно, создадут серьезные юридические препятствия для выполнения модели дифференцированных ответных действий в Бразилии.

Реформа авторского права