Мелочи жизни

Я сняла сарафан и вошла в воду. Рядом с берегом она уже прогрелась и была теплая, но с каждым шагом становилась все холоднее и холоднее — моя кожа сразу же покрылась мурашками. Я знала, что если не нырну сразу, то потом могу и не решиться окунуться вовсе. А мне сегодня это было просто необходимо. Поэтому зайдя по пояс, я почувствовала, что дно резко обрывается и не медля ни секунды нырнула. Вода всегда мне помогала — успокаивала, вот и сейчас она тут же остудила мое тело и мысли. Я плавала довольно долго, когда кожа привыкает к температуре воды из нее уже не хочется выходить. Марк сидел на пледе, которое расстелил на берегу и смотрел на озеро, издалека не было понятно, наблюдает ли он за мной, либо любуется пейзажем. Когда я вышла из воды, то Марк протянул мне полотенце, и спросил с улыбкой:

— Ну как? Легче?

Я засмеялась:

— Намного, так что рекомендую. Только аккуратно, здесь очень глубоко.

И Марк, сняв с себя футболку, побежал в воду прямо в шортах. Я присела на край пледа и засмотрелась, как он отплывает от берега образцовым кролем, руки по очереди зацепляли воду и делали гребок к телу, а затем проносились через верх и снова опускались в воду. Движения были как в учебнике, стремительные и точные — ничего лишнего. Когда он отплыл так далеко от берега, что его было трудно разглядеть, я откинулась на спину и подставила свое тело солнечным лучам. Сама по себе я довольно смуглая, но немного золотистого загара мне бы точно не повредило. Видимо, я задремала и проснулась оттого, что холодные капли упали мне на кожу:

— Ох, прости, не хотел тебя будить, хотя тебя пора переворачивать иначе ты обгоришь, — Марк лег набок рядом со мной и провел мокрой рукой по моему плоскому животу, я закрыла глаза. Вода приятно остужала кожу. Его ладонь замерла на том месте, где начинались плавки, я открыла глаза и увидела, как у него между бровями залегла морщинка. Почувствовав мой вопросительный взгляд, он спросил:

— Что это?

Я приподнялась, уперевшись на локти, и посмотрела на свой живот, и его длинные пальцы, касающиеся шрама на нем:

— Это рубец от кесарева сечения. Им пришлось тогда меня экстренно прооперировать.

Я выпрямилась, обняла руками колени, которые поджала к груди и снова заговорила:

— В ситуации, когда перед врачом стоит выбор, кого спасать мать или дитя, всегда выбирают мать…

— Почему?

— Это делается по той причине, что ребенок может и не выжить, или остаться прикованным к постели или инвалидной коляске, а бывает, что помимо матери он просто никому нужен. Поэтому существует негласное правило — спасать всеми силами женщину, чтобы дать ей второй шанс.

— Как бы это ни было жестоко, но должен признать, что в этом есть здравый смысл. — Марк тоже сел и повернулся ко мне.

— Да, может быть. Но не для меня.

— О чем ты?

— Они долго боролись за мою жизнь, чтобы перед выпиской сказать мне: «Ваши шансы забеременеть и выносить здорового ребенка менее 5 %». Ты выходишь и не знаешь, как тебе жить со всем этим дальше. Я никогда не думала о детях, не было у меня пунктика, что они должны быть у меня, или что мне непременно нужно их родить до определенного возраста. Но срок у меня был тогда уже не маленький, я видела его на УЗИ, я чувствовала, как он шевелится внутри меня — это такие сильные чувства и нереальная привязанность. А теперь у меня остался только шрам, как горькое напоминание.

— Шанс ведь есть! — Марк смотрел на меня, и его глаза стали очень влажными.

— Ой, да брось, Марк, — сказала я, пряча за улыбкой свою боль, — 5 % это не шанс, а просто какое-то чудо! Но вот только я уже слишком большая девочка, и в чудеса не верю.

И я снова вошла в воду, пытаясь сбежать, хотя знала, что от мыслей в голове удрать не удастся. Отплыв от берега, я перевернулась на спину, лежала на воде и смотрела на облака в небе, а горячие слезы бежали из глаз не переставая. Когда они высохли, я нырнула и снова поплыла к берегу. День уже начал клониться к закату.

Выйдя, я мягко улыбнулась Марку, он выглядел таким подавленным:

— Слушай, давай сегодня испечем тебе торт на день рождения?

— Что? Торт?

— Да, большой и невероятно шоколадный!

— Я не умею…

— Ну ты же собирался взять пару кулинарных уроков?

Мы быстро оделись, собрали вещи и поехали в магазин, чтобы купить все необходимое. Вернувшись, домой, я сразу отправилась в душ, пока Марк раскладывал продукты на кухне, а спустившись сменила его. Быстро обжарив курицу, нарезав овощи, приготовив соус я завернула всю эту нехитрую начинку в тонкую лепешку. Так что когда Марк заходил на кухню, я уже снимала поджаренные рулеты с гриля, и мы быстро их умяли.