Мелочи жизни

— Мы хотим, чтобы каждому было комфортно у нас в гостях. Люди должны приходить и наслаждаться кухней, обстановкой. Пока мы остановились на том, что 1 часть будет для семей с детьми, 2 — для людей с питомцами, 3- для людей в возрасте и 4- для молодежи. Когда они собираются в одном заведении, то многим не комфортно — кому-то мешают дети, кого-то раздражают животные, кому-то не по душе, что молодежь сильно громко смеется, и этот список можно продолжать до бесконечности.

— А будет ли что-то, что все их будет объединять?

— Да, мы хотим, чтобы люди не пользовались там гаджетами. Мы все настолько много времени проводим там, в том «идеальном» мире. Мне кажется, что если люди начнут замечать что-то вокруг себя, то счастливых станет в разы больше. Ведь счастье на самом деле не в чем-то идеальном и большом, счастье именно в мелочах. Когда они у нас есть в жизни, мы порой не обращаем на них никакого внимания, но стоит им исчезнуть из жизни, как она становится пресной, безликой… А еще мы хотим часть прибыли от данных заведений направлять на благотворительность и будем предлагать посетителям самим поучаствовать во всем этом.

Лидия выглядела задумчивой, и я сразу пояснил:

— Когда-то я считал, что благотворительность, это обязательно довольно солидный фонд, крупные пожертвования… Но однажды моя жена взяла меня в больницу для детей и приют для животных, где они с ребятами делали ремонт. И я понял, что часто для того, чтобы оказать помощь, нужны даже не столько деньги, сколько неравнодушные люди, которые будут гореть этим делом. Ведь они делали ремонт из строительных материалов, которые оставались после завершения строительства и ремонта объектов в их компании, просто за свою работу они не брали денег и посвящали ей все свое свободное время. Они все продумывали так здорово, что когда ты смотришь на окончательный вариант, то никогда даже не подумаешь, что это все, по сути, сделано из остатков материалов, которые были уже не нужны, которые бы попросту могли оказаться на свалке.

Нам дали понять, что пора закругляться и Лидия задала свой последний вопрос:

— Марк, наше эфирное время подходит к концу, возможно, ты бы хотел что-то сказать своим поклонникам?

Я задумался:

— Да, конечно. Я бы хотел им сказать следующее: Мы — актеры, самые обычные люди, у которых бывают хорошие дни и невероятно плохие. На нас также наваливаются неприятности, болезни, депрессия. Мы хотим порой спокойно гулять с семьей в парке, водить детей в балетную школу и на хоккей, хотим выпивать с друзьями в баре или обедать с родителями в уличном кафе. Но нам очень неприятно, когда во все это беспардонно вторгаются. Ставьте себя на наше место. Хотелось бы вам есть, зная, что Вас фотографируют, а потом увидеть себя с набитым ртом где-нибудь на просторах интернета? Я думаю, что нет…Или хотелось бы Вам веселиться с друзьями, а наутро не только испытывать головную боль из-за того, что ты немного перебрал, но и дикий стыд, за то, что твои не совсем трезвые танцы уже вовсю комментируют все — кому не лень. Маловероятно… Хотелось бы Вам вот так, как мне задержаться возле дома, чтобы надеть поводок на собаку и увидеть, как твою жену и детей, чуть не сбивает с ног «фанат», которому срочно нужно получить твое фото? Да тоже вряд ли! Я никогда в жизни не отказывал в фото и автографе на премьерах фильмов, на съемках, во время интервью. Я даже не отказываю, если люди подходят и просят меня об этом в те моменты, когда они видят, что я ничем и никем не занят. Я безумно благодарен, что то, чем я занимаюсь нравиться Вам. Это действительно, самая высокая награда. Но я не только актер, я еще обычный человек. Я просто Марк.

Я умолк. Пожалуй, я сказал в этой студии все, что планировал. Вдруг я услышал робкие хлопки, затем к ним присоединились еще одни, а потом еще. И все люди, которые присутствовали в студии в качестве зрителей, зааплодировали. Я почувствовал себя очень неловко.

После того как Лидия попрощалась с нами, я остался, чтобы пообщаться со всеми желающими. Люди поздравляли меня с рождением детей и женитьбой, я раздавал автографы и позировал для совместных фото.

Наконец, когда меня отпустили, я рванул туда, где мне хотелось быть все это время — домой.

Тихонько отворив дверь, я остановился в коридоре и вдохнул. Теперь здесь даже пахло по-особенному. Пахло родным ДОМОМ. Счастливчик спал в своей лежанке и лишь поднял голову, чтобы взглянуть на того, кто посмел нарушить его дневной сон. Я услышал голос Ани из детской. Войдя, я остановился на пороге и залюбовался картиной, которая предстала передо мной. Любовь и нежность затопили каждую мою клеточку. Аня устроилась на полу, сбоку от нее была большая подушка, на которой, словно на перине из сказки, лежала спящая Амелия, держась за руку мамы своими маленькими пальчиками. Вторая такая же подушка была на ногах Ани, на ней лежал Лука, которого она, едва касаясь, гладила по лбу и носику, отчего его глазки сонно моргали.

— Для меня ты всегда будешь моим маленьким чудом, моим МАЛЫШОМ. А пока засыпай родной, впереди у тебя много всего интересного.