Читаем Меломан полностью

Бугай Алексей

Меломан

Алексей БУГАЙ

МЕЛОМАН

Это случилось еще до истории с пивной пробкой.

Стояло время года. На улице распускалось, зрело, осыпалось, замерзало и таяло. Из дома напротив вышел комиссар Фухе. На нем были тулуп, шорты, краги, панама, пресс-папье. Фухе увидел, услышал, подумал, различил, учуял, как навстречу ему идет Алекс.

- Кого я вижу! - решил обрадоваться комиссар. Алекс прищурился и вычислил Фухе. На его лице появилось выражение.

Алекс молчал. Комиссар взглянул в глаза друга. "Пойдем пить пиво", было написано там.

После десятой кружки, когда Алекс стал сносно выражать мысли наружу, комиссар узнал много интересного.

То, например, что в студии звукозаписи было осуществлено дерзкое ограбление: украли фонограмму композиции "Деньги", которую как раз готовила группа "Пинк флойд". Там был записан звук взлома кассовых автоматов. Преступник надеялся с помощью различных фильтров сделать анализ звука и понять технологию взлома. Эта запись в умелых руках была настоящей бомбой: ведь распростронить руководство с комментариями и фонограммой это еще хуже, чем выбросить на рынок универсальные отмычки.

Фухе получил соответствующие инструкции по этому делу у старшего комиссара Конга. Потом он поднялся с пола, собрал разбросанные по ковру зубы и начал действовать.

Вызвали единственного свидетеля по делу - звукооператора Андре. Он явился к Фухе длинный, как неспиленный кипарис. На шеее у него болтался миленький магнитофончик с наушниками. Комиссар предложил ему стул. Андре сел, нисколько не став при этом ниже.

- Вы были в тот вечер в студии? - начал комиссар.

- Да, ваша честь, - ответил Андре, погружаясь в наушники.

- Вы были там во время ограбления?

- Да, ваша честь, - ответил Андре.

- Вы видели злоумышленника?

- Да, ваша честь.

- Вы узнали его?

- Да, ваша честь.

- Как зовут грабителя? - осведомился Фухе, лихорадочно записывая показания.

- Да, ваша честь, - ответил Андре.

- Вы что, издеваетесь надо мной?!! - завопил Фухе, вскакивая.

- Да, ваша честь, - просто сказал Андре.

Комиссар сорвал с оператора наушники и высморкался в них, чтобы привлечь его внимание.

- Что послужило причиной ограбления? - продолжал комиссар, снова принимаясь писать.

- "Дитя во времени", - без запинки ответил Андре.

- Что? - вытаращился Фухе и отложил ручку.

- Я говорю: "Дип перпл", альбом "Ин рок", семидесятый год. Мировая музыка!

Из всего сказанного Фухе уловил лишь слово "музыка". Это и было записано в протокол.

Дверь в кабинет дернулась и отскочила в сторону. На пороге стоял Конг.

- Можете садиться! - бросил он свидетелю, который и не думал вставать.

- Они так сидит, - улыбнулся Фухе.

- Да, ваша честь, - подтвердил Андре.

- Что это у него на голове? Пресс-папье? Ты надел? - брезгливо поморщился Конг.

- Нет, это наушники, осклабился Фухе. Он был рад показать шефу свое преимущество в технике. - Они для того...

- Довольно, - перебил его Конг. - Продолжай-ка допрос.

Фухе уступил кресло шефу, а сам сел на корточки.

- И так, вы подозревали, что этот ваш энакомый ограбит студию?

- Да, ваша честь, - ответил Андре.

- Вы можете обрисовать нам преступника? - спросил Конг.

- Да, ваша честь, - ответил Андре.

Они помолчали.

- Да, ваша честь, - повторил Андре.

Через двадцать минут терпение Конга лопнуло.

- Скажите ему, чтобы он сменил кассету, - обратился Фухе к Конгу, съежившись под его взглядом.

- Смените кассету! - заорал Конг не своим голосом.

- Что? - спросил Андре.

- Смените кассету! - заорал Фухе надрываясь.

- Вы что-то сказали? - спросил Андре.

- Смените кассету! - завопили Конг вместе с Фухе так громко, что в кабинете рассыпались окна, а в сорванную с петель дверь просунулась голова Мадлен.

- Вызывали? - спросила она.

- Зачем так кричать? - удивился свидетель. - Я все прекрасно слышу.

Он сменил кассету и тут же нацепил наушники.

- Вы не отказываетесь от своих показаний? - спросил комиссар и снова взялся за ручку.

- Нет, ваша честь, - ответил Андре.

- Вы не будете морочить нам голову своими дурацкими ответами? спросил Конг.

- Нет, ваша честь, - ответил Андре.

- Итак, вы были с преступником заодно, - решил схитрить комиссар. Он торжествующе посмотрел на шефа.

- Нет, ваша честь, - бодро ответил Андре.

Фухе сконфузился.

- Вы решили помочь следствию? - уточнил Конг.

- Нет, ваша честь, - уверенно сказал Андре.

- Вы знакомы с ответственностью за дачу ложных показаний? - спросил Фухе.

- Нет, ваша честь, - заверил Андре.

- Вы невменяемый! - догадался Конг.

- Нет, ваша честь, - убежденно сказал Андре.

- Все, допрос окончен! - заголосил Конг, хватаясь за голову. Он справедливо опасался за свой рассудок.

Когда Андре ушел, старший комиссар долго еще не мог успокоиться. Он все ходил по кабинету и отчитывал комиссара Фухе за халатное отношение к ведению допроса. Наконец, он закончил свою речь.

- Вы все поняли? - осведомился он.

- Да, ваша честь, - ответил Фухе.

- В следующий раз выбирайте нормальных свидетелей, - сказал Конг, протискиваясь между обломками двери.

- Да, ваша честь, - сказал Фухе.

Конг подозрительно прищурился.

- Ты что-то сказал? - переспросил он.

- Да, ваша честь, - ответил Фухе.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Собаки Европы
Собаки Европы

Кроме нескольких писательских премий, Ольгерд Бахаревич получил за «Собак Европы» одну совершенно необычную награду — специально для него учреждённую Читательскую премию, которую благодарные поклонники вручили ему за то, что он «поднял современную белорусскую литературу на совершенно новый уровень». Этот уровень заведомо подразумевает наднациональность, движение поверх языковых барьеров. И счастливо двуязычный автор, словно желая закрепить занятую высоту, заново написал свой роман, сделав его достоянием более широкого читательского круга — русскоязычного. К слову, так всегда поступал его великий предшественник и земляк Василь Быков. Что мы имеем: причудливый узел из шести историй — здесь вступают в странные алхимические реакции города и языки, люди и сюжеты, стихи и травмы, обрывки цитат и выдуманных воспоминаний. «Собаки Европы» Ольгерда Бахаревича — роман о человеческом и национальном одиночестве, об иллюзиях — о государстве, которому не нужно прошлое и которое уверено, что в его силах отменить будущее, о диктатуре слова, окраине империи и её европейской тоске.

Ольгерд Иванович Бахаревич

Социально-психологическая фантастика
Драйв Астарты
Драйв Астарты

Эта серия из 6 частей (в общем, отчасти независимых, хотя связанных общими героями и общей альтернативно-футурологической исторической линией :D ) завершает, условно говоря, «меганезийский цикл». Как, я думаю, согласится читатель (если дочитает), дальше футурологическая линия в любом случае выходит за рамки системного жанра, в котором написаны «Депортация», «Чужая в чужом море», «Созвездие Эректуса», «День Астарты» и «Драйв Астарты». Тем не менее (как водится) я планирую «по касательной» вернуться к Меганезии ещё в нескольких новеллах (но, значительно меньшего текстового объема). Куда возвращаться и почему? Во-первых – к истокам этой «альтернативно-футурологической истории». На каком внешнем фоне ожиданий и событий (теоретически) может возникнуть Меганезия, или аналогичное социально-политическое формирование? Ведь «если что-нибудь зажигают, значит это кому-нибудь нужно» (t/c) Во-вторых – в самое начало «переходного периода». Как именно (опять же, теоретически) может произойти такое событие, как «Алюминиевая революция» (на базе того комплекса принципов, который в тексте называется «Великой Хартией»). Напомню: одно из главных положений Magna Carta: «государство – это криминальная формация, подлежащая стиранию». Итак, есть тема: Алюминиевая революция «глазами современника». Конечно, не хочется упускать из виду вопрос: «а что дальше»? Читатель, который дойдет до финальной строчки, вероятно, согласится с тем, что дальше должно быть нечто принципиально другое, вероятно – связанное с космосом. Не с каким-то исследованием космических объектов, а с прагматичной, экономически и социально обоснованной колонизацией. И, разумеется. с событиями, которые при этом произойдут на Земле. Мне кажется, что при всем огромном обилии НФ-произведений, в которых присутствует уже колонизированный космос или хот бы колонизированная околоземная область, нигде не исследуется «переходная точка». Первый человеческий поселок «на внеземном берегу». Странно, почему? Вот, этот пробел хотелось бы заполнить интересной футуро-версией. И последнее – о политике в «Драйве Астарты». Хотя значительную часть сюжета занимает (условно) «Третья мировая война», я старался избежать собственных оценок тех или иных сюжетных событий и дать некий спектр тех оценок, которые могли бы высказать непосредственные участники, оказавшиеся (по воле судьбы) на той или иной стороне того или иного конфликта или альянса. Даже отношение к собственно, войне, как к социально-политическому явлению, я дал неоднозначно – как в действительности война и оценивается людьми, играющими в ней разную роль. И последнее: везде, где возможно, я старался искать ближайшие исторические аналогии, определявшие действительное, исторически-достоверное отношение людей к тем или иным событиям. В некоторых случаях я цитирую реальные документы (в частности – знаменитое «Хиросимское» письмо ученых Манхеттенсеого проекта ученым Японии»). P.S. Все совпадения имен, топонимов, религий, должностей, событий, названий планет, звезд, элементарных частиц, цифр и букв алфавита в тексте являются случайными. :D. А. Розов

Александр Александрович Розов

Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Фэнтези