Мертвый лев: Посмертная биография Дарвина и его идей

Научная основа этого сюжета была заложена в 1979–1980 гг., когда известный американский физик, нобелевский лауреат 1968 г. и один из создателей первой атомной бомбы Луис Альварес с командой сотрудников сообщил об открытии так называемой иридиевой аномалии в тонком слое глины. Она сформировалась на самой границе мелового периода и кайнозойской эры, то есть примерно в то же время, которым датируют исчезновение динозавров. Иридий – очень редкий в земной коре металл, легко образующий сплавы с железом. По этой причине почти весь иридий, имевшийся в составе новорожденной Земли, давно погрузился в планетное ядро вместе с захватившим его расплавленным железом. В Солнечной системе более или менее высокие концентрации иридия можно найти только в метеоритах. Если где-то на Земле геологи находят необычно высокое содержание этого элемента, становится ясно, что он имеет внеземное происхождение. Команда Альвареса измерила концентрацию иридия в позднемеловых глинах, найденных на разных материках, и везде она превышала типичную более чем в 15 раз (в отдельных местностях даже в 160 раз!). Сомнений быть не могло: эта аномалия возникла вследствие падения на Землю небесного тела (астероида или кометы) поперечником около 10 км. Вроде бы не очень большой космический объект, но расчеты показывают, что даже его с лихвой хватило, чтобы вызвать катастрофу планетарного масштаба. Чуть позже удалось найти и сохранившийся след этого удара. Им оказался огромный, 180 км в поперечнике, кратер Чикшулуб (Chicxulub) на Юкатанском полуострове в Мексике. Тут-то и вспомнили о давней гипотезе де Лаубенфельса, и версия об «ударе из космоса», погубившем динозавров, в один миг стала научной сенсацией.

В палеонтологию вошел новый термин «ударные факторы вымирания», или просто «импакты». Катастрофы были приняты на ура и массовой культурой. Что и понятно, ведь угроза астероидного «армагеддона» для Земли вполне реальна, хотя и не очень велика. «Импакты» вмешиваются в ход эволюции, словно «рука Бога», нарушая плавность ее течения, уничтожая целые группы организмов, но при этом давая шанс на развитие другим. Обследование земной поверхности показало, что она буквально испещрена астроблемами – своего рода рубцами и шрамами, образовавшимися после встреч с астероидами или болидами. Поскольку часть небесных тел должна была падать в океан, реальная интенсивность столкновений еще выше, чем показывает изучение поверхности континентов (рис. 9.4).

Рис. 9.4. Расположение открытых геологами астроблем на поверхности земных континентов{421}

Пожалуй, основным неустранимым недостатком любой «импактной» гипотезы является ее зацикленность на одном факторе, действием которого пробуют объяснить такие сложные явления, как массовые вымирания в биосфере Земли. Подобная прямолинейность привлекает широкую публику, журналистов и популяризаторов, но «однониточность» (как выражался, правда по другому поводу, философ Григорий Померанц) гипотез оборачивается слабостью. Как раз самое раскрученное, «динозавровое», вымирание ставит перед сторонниками теорий астероидных ударов ряд неудобных вопросов. Почему жертвами «импакта» стали только динозавры и некоторые другие группы мезозойских рептилий, в то время как остальные (крокодилы, черепахи, змеи, почти все ящерицы) как будто бы ничего не заметили? Отчего не исчезли млекопитающие и птицы, обитавшие бок о бок с динозаврами в тех же самых лесах и полях?{422} Как объяснить весьма избирательное вымирание морских групп животных на границе мезозоя и кайнозоя? К тому же детальный анализ динамики разнообразия динозавров показал, что пика своего величия они достигли в середине мелового периода, а потом началось плавное угасание, длившееся примерно 50 млн лет. Возможно, причиной упадка стало все возраставшее совершенство и разнообразие млекопитающих, превратившихся в серьезных конкурентов ящерам и постепенно вытеснявших их из экосистем. Если так, то «удар из космоса» всего лишь поставил эффектную точку в конце истории динозавров, которые непременно исчезли бы и без этого, только несколько позже. Кстати, вымирание аммонитов и белемнитов тоже можно объяснить без всяких ссылок на катастрофы. Вероятно, эти некогда процветавшие в океане группы головоногих моллюсков не выдержали конкуренции с костистыми рыбами, неуклонно прогрессировавшими на протяжении мезозойской эры. Ну, и в качестве вишенки на тортике: самое грандиозное вымирание в истории фанерозоя, случившееся на границе палеозойской и мезозойской эр, обошлось, по-видимому, без «космического удара». По крайней мере, никаких следов столкновения нашей планеты с другим небесным телом в эту эпоху геологи не находят. Скорее всего, причины массовых вымираний надо искать здесь, на Земле, а не в космосе. Реальность былых «армагеддонов» отрицать невозможно, но не будем придавать им слишком большого значения{423}. По мнению экспертов, падение астероида, породившее кратер Чикшулуб, остается единственным убедительным примером связи между «импактом» и массовым вымиранием{424}.