Месть длиннее жизни

– Берусь. Где это? – отказываться и в голову не пришло, Андрей бы хоть к черту на рога поехал сейчас за деньгами.

– Посад, всего-то полсотни километров от кольцевой, за час доехать можно. Я позвоню Сереге, отрекомендую тебя. Когда выезжаешь?

– Завтра утром поеду.

– Лады. Я тебя отрекомендую как лучшего специалиста по решению такого рода проблем. Не подведи! – Корнеев принялся искать в телефоне нужный номер.

Сказано было с намеком: оба знали, что Андрея ждет повышение, и одна сторона стремилась помимо решения проблемы доказать свою полную профпригодность руководству ну и лояльность заодно, а вторая желала убедиться, что делает верный выбор, о котором не придется жалеть.

***

Насчет «за час» генеральный погорячился, приличная дорога закончилась через пару десятков километров от Москвы, скорость пришлось скинуть, и до точки назначения Андрей тащился больше двух часов. Зато пока ехал, так и этак прикинул расклад, что узнал от Корнеева, и первоначальный диагноз был готов: кто-то пытается отжать у Глухова бизнес, и делает это ловко, нагло и, главное, законно. Обычная история: человек с нуля построил успешный, раз дело дошло до госконтракта бизнес, и некто решил прибрать заводик к рукам, натравил на владельца рейдеров, и те вцепились в тушку предпринимателя как волки в лося. Фигурально выражаясь, разумеется, но эта публика в средствах не стесняется, так что за сутки, что прошли от встречи с Корнеевым, могло произойти что угодно. Андрей примерно представлял, с чем столкнется на заводе, что узнает от Глухова, что вопрос решить можно, главное – убедить этого Глухова не делать глупостей. На дурака он уже заочно не похож, раз такой бизнес сделал, хотя вблизи всякое возможно.

Посад встретил разбитыми дорогами с остатками разметки, путепроводом с лишней опорой, поросшей поверху травкой и молодыми березками, облупленными фасадами зданий, пылью и тоской. Народ двигался неспешно, машины тоже не торопились, вороны летали медленно, голуби вообще себя взлетом не утруждали, ходили по проезжей части и по тротуарам. Дорога пошла вверх, потом под горку, слева впереди показались пухлые купола самоварного золота над белыми монастырскими стенами. Разноцветным блеклым зданиям было за ними тесно, крыши и стены выпирали над белокаменной подпоркой, вокруг крестов с карканьем кружилось воронье. Водитель маршрутки, что шла параллельно, вдруг скинул бейсболку и истово перекрестился на ворон, не глядя на дорогу, едва не въехал во встречную груженую «газель» но обошлось. Машины погудели недовольно и разъехались. Дальше образовалась пробка точно напротив небольшого прудика, по берегам сидели рыбаки и алкаши, первые забрасывали в заросшую ряской лужу крючки с наживкой, вторые метали пустые бутылки и прочую использованную посуду. По разделительной прогуливался здоровенный лебедь, перебирал красными лапами и шипел на автомобили. Лебедя старательно объезжали, нарушая при этом ПДД, из окон машин летели куски хлеба и почему-то колбаса. Птица злилась еще больше, хлопала крыльями и уклюнула-таки за колесо оказавшуюся слишком близко «мазду». Тут движение ускорилось, сердитый лебедь остался далеко позади, Андрей проскочил вовсе уж безлюдные посадские окраины и благополучно добрался до нужного поворота.

На удивление приличного качества дорога водила в глухой еловый лес, стало еще мрачнее вокруг и тошно на сердце. Но скоро деревья отступили от трассы, потом пропали, Андрей оказался в чистом поле, а прямо по курсу виднелись красно-зеркальные корпуса за забором с колючкой поверху. «#Посадская труба» красовалась белая на кирпично-красном надпись, и Андрей понял, что попал по адресу. Оставил «тойоту» на парковке и направился к проходной, оттуда в сопровождении охранника по переходу между цехами в офисное здание, стоявшее, как в сказке, к лесу передом, к миру задом. Вид из панорамных окон завораживал: предосенний лес, серое с голубыми просветами меж туч, и сколько хватало взгляда – ни единой крыши, ни одного строения, только лес да небо. Ну и вышки ЛЭП да сотовой связи, куда без них.