Между нами

– Вот видишь! – сказала Тереза, и я уловила нотку издёвки в её голосе.

– Вижу, – сказала я. – Займи мне место в классе, я скоро вернусь.

Мне плевать, что она подумала, но это стало последней каплей. Хорошо, что я сдержалась и не разревелась прямо на глазах у толпы. Я не ожидала, что буду плакать из-за такого пустяка. Забежав в женский туалет, я резко захлопнула дверь.

10:40

В автобусе пахнет мятой, что меня немного удивляет. Эвен, как обычно, проводил меня до остановки и отправился по своим делам, а мне предстоит день, полный одиночества, которое меня ни капельки не смущает.

Мы едем очень медленно, и кажется, что проходит целая вечность с тех пор, как я вышла из дома моего бойфренда. Почему-то вошло в привычку улыбаться, вспоминая о нём. Он прекрасен. Добрый, милый, наивный, как ребёнок… а ещё он – моё спасение.

Смотрю в окно на проезжающие машины и полностью погружаюсь в мысли.

– Примерно половину жизни мы живём неосознанно. – говорила наша преподавательница по философии. – Когда едем в автобусе, идём домой, смотрим фильм – мы выпадаем из реальности.

Она права. Сколько же мы на самом деле живём? Наполовину меньше, чем нам кажется. Как минимум наполовину. Я же и вовсе застряла в воспоминаниях.

Вдруг знакомый силуэт мелькнул на дороге, и я ошарашенно оглядываюсь назад. Мне стало не по себе, тело затряслось, и появилось такое чувство, будто прямо сейчас начнётся истерика. Такого давно не было. Я вскакиваю со своего места и схожу на следующей же остановке. Направляюсь навстречу силуэту. А в голове одна мысль: «Опять с ума сходишь, да?».

Сначала иду очень быстро. Мои бешеные глаза мечутся из стороны в сторону так жадно, будто в поисках добычи.

– Я верну тебя! – говорил он, – Обязательно.

Вот только когда? Я превратилась в нелепую дуру со склонностями к паранойе, напористо расталкивающую перед собой людей. В ушах жужжит, а голова будто напичкана ватой. Я не слышу ничего, только голоса из толпы, которые сливаются в шумящую мелодию. «Где же ты? Где ты?»

      Я чуть ли не сталкиваю парня в синих джинсах и бирюзовой рубашке, который также шёл быстрым шагом и не смотрел по сторонам. Это его я приняла за Алекса, но, конечно же, ошиблась.

– Осторожнее, – сказал парень, вглядываясь в моё лицо.

– Извините, – отвечаю я тихо, и меня начинает трясти ещё сильнее.

– Вы… плачете?

***

Раньше я никогда не рыдала. Честное слово, никогда! Даже на похоронах каких-то дальних родственников могла всплакнуть, но рыдать – это не про меня. Но всё начало меняться. Я это почувствовала ещё тогда, когда впервые его увидела.

И вот теперь я начала рыдать, как те плаксы, которые никогда не устают жаловаться на жизнь и на парней. Я рыдала, как маленькая девочка в магазине, которой не купили понравившуюся куклу. Я рыдала, как человек, который почувствовал себя использованным.

Все попытки успокоиться ни к чему не привели, и я просто постаралась перестать думать. Если честно, это тоже непросто. Как-то раз по телевизору я наткнулась на тренинг по йоге. Там говорили, что для того, чтобы достигнуть гармонии тела и разума, следует полностью освободиться от мыслей. Но неужели это вообще возможно? Взять и перестать думать. Бред!

Его взгляд, скользящий по мне совсем недавно, врезался в мою память намертво и воспроизводился снова и снова. Ничего не значащий взгляд человека, который поселился в моём сердце.

– Хватит реветь, – слышу я знакомый голос. Следовало бы догадаться, что Тереза так просто от меня не отстанет. – Он не стоит этого, Ким. Никто из них этого не стоит.

– Откуда тебе знать? – спрашиваю я, ведь с единственным парнем, которым она встречалась, ей пришлось расстаться через месяц. Сказала, что он слишком многого хотел, и больше этой темы мы не касались. По школе одно время даже ходили слухи, что мы с ней лесбиянки.

– Я тебе не рассказывала, но был один человек… в общем, он послал меня. Поэтому я и молчала.

– Вот так просто. Ты говоришь так, будто это обычное дело. Всю историю не хочешь рассказать? Скажи хотя бы, кто он!

– Ты не поверишь.

– Тереза?

– Он – это Вильям. А ещё он тогда сказал, что влюблён в тебя.

Отличный способ перестать реветь, который я теперь для себя открыла. Стоит просто как следует офигеть! Каменным взглядом я смотрю на дверь, за которой были произнесены эти слова. Я никогда никому не нравилась, и уж тем более меня не предпочитали девушке, которая, на мой взгляд, намного шикарнее меня.

– А Хлоя…? – только и спрашиваю я.

– А Хлоя похожа на тебя больше, чем я. Можно сказать, ей повезло.

Не представляю, чт'o Тереза чувствовала тогда, а главное – сейчас. Да, после этого весь мир можно возненавидеть, не только парней.

– Сейчас он тебе тоже нравится?

– Хах… я люблю его, Ким. Я его люблю!

И вот уже я сижу рядом с Терезой и вытираю ей слёзы влажными салфетками. Я чувствовала себя виноватой перед Терезой, перед Хлоей, перед Виллом, даже перед Алексом. Появилась и самоненависть, которую приглушить не удавалось ещё долгое время.