Читаем Михаил Суслов. У руля идеологии полностью

К Отделу внешн. сношений предъявляются ныне более высокие требования»[176].

В отличие от Шепилова, Суслов проявил более умеренные аппетиты. Он попросил включить в штат своего отдела не триста, а сто пятьдесят работников, а своими заместителями по отделу предложил утвердить Бориса Пономарёва, Леонида Баранова, Фёдора Бараненкова и Василия Мошетова.

Кстати, почему Сталин летом 1948 года сузил поле деятельности Суслова, по сути, вернув его к тому, с чего тот начинал работу в ЦК в 1946 году? Неужели засомневался в нём? Нет. Вопрос о каком-либо недоверии к Суслову у Сталина даже не возникал. Иначе он его не вызывал бы к себе столь часто (Суслов только в первом полугодии 1948 года побывал в кремлёвском кабинете вождя 18 (!) раз). Скорее всего, у Сталина возникли новые виды на Суслова.

Какие именно? В конце 1947 года и всю первую половину 1948 года в Москве шли разговоры о перспективах Информбюро. Кремль обсуждал разные модели: ограничить его функции обменом мнений по актуальным вопросам или же наладить более тесную координацию деятельности зарубежных компартий. Соответственно встал вопрос о создании рабочего органа по управлению этим бюро. Сталин считал, что ВКП(б) в этом органе должен был представлять Суслов. Но на какой основе? Каким образом? Из Суслова собирались сделать челнока, постоянно курсирующего по столицам стран Восточной Европы? Или предполагалось усадить его на постоянной основе в штаб-квартире Информбюро?

Впрочем, при любом раскладе Суслов уже вряд ли мог бы полностью заниматься проблемами Агитпропа и Отдела партийных, профсоюзных и комсомольских органов. Ему предстояло сосредоточиться на чём-то одном.


Официально новые функции Суслова предполагалось закрепить во второй половине июня 1948 года на втором совещании Информбюро в Бухаресте. Вообще-то главным вопросом в повестке этого совещания значилось положение в Компартии Югославии. Кремль настаивал на единогласном осуждении политики Тито. А уже под занавес совещания делегация ВКП(б) собиралась поставить вопрос о создании постоянного аппарата Информбюро.

Секретариат Информбюро был создан 23 июня 1948 года. От ВКП(б) в него вошёл Суслов. Но пока осталось неясным, будет ли новая структура функционировать на постоянной основе или созываться по мере необходимости. Из-за этого повис в воздухе другой вопрос: имело ли смысл Суслову окончательно перебираться в Бухарест – для более тесной координации компартий Европы?

Точку поставил Сталин. 28 июня 1948 года он на совещании узкого круга в Кремле провёл следующее решение: «Т. Суслову не обязательно постоянно пребывать в Бухаресте (а периодически выезжать)»[177].

Выполняя волю вождя, Суслов в очередной раз отбыл в Бухарест 5 июля. Он провёл заседание Секретариата Информбюро, на котором был одобрен окончательный переезд редакции международной газеты «За прочный мир, за народную демократию!» из Белграда в Бухарест и рассмотрен вопрос о техническом аппарате недавно созданного Секретариата. По его предложению начальником канцелярии бюро все представители европейских компартий утвердили Леонида Баранова. Одновременно он остался заместителем Суслова по отделу внешней политики ЦК. В свою очередь Баранов предложил новые кадровые назначения: завотделом связи канцелярии Информбюро другого подчинённого Суслова – бывшего директора института № 205 Николая Пухлова, заведующим техсекретариатом – бывшего помощника Суслова Александра Антипова, а заведующим хозотделом – бывшего сотрудника Агитпропа Михаила Пашкова. То есть все важные позиции в техническом аппарате Информбюро заняли люди Суслова.

В последний день августа 1948 года стало известно о смерти на Валдае Жданова. Как потом выяснилось, ускорили уход одного из руководителей партии серьёзные ошибки врачей (это к тому, что печально известное письмо кардиолога Тимашук возникло не на пустом месте). По сути, лечившие Жданова доктора проморгали у своего пациента инфаркт и упустили драгоценное время. Но специально умерщвлять партийного деятеля никто не собирался.

После смерти Жданова сразу возник вопрос: кому осуществлять руководство идеологией? Маленков хотел поставить её под свой контроль. Но Сталин, видимо, дал указание некоторые направления идеологической работы передать в ведение Суслова.

Косвенно на желание вождя сделать главным идеологом партии Суслова указывало его назначение 22 октября 1948 года председателем комиссии по рассмотрению личного архива Жданова. Другими словами, Кремль вроде бы признал Суслова его преемником.

Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже