Миллионер, Париж и туфелька

Я осталась с Жужей и Картошкой. Жужа вертелась у меня под ногами, с нетерпением ожидая завтрака. Удивительное дело – ее теперь выгуливал по утрам папа. Ему, видите ли, всю жизнь хотелось завести собаку, но он никак на это не решался. Впрочем, если он получает удовольствие от общения с маленьким зубастиком, не мне отнимать у него частичку счастья.

Моя сводная сестричка спала мертвым сном в дальней комнате. Уже второй день подряд она возвращалась домой под утро, я слышала ее крадущиеся шаги. Не знаю, где и с кем она шлялась, но главное, что она не вертелась под ногами вместе с Жужей. Просто Жужу выносить легче, чем Алену с Жужей.

Не зная, чем себя занять, я затеяла уборку. Потом, насмотревшись рекламы про счастливую семью, уплетающую на завтрак блины по маленькому плоскому телевизору на кухне, я решила напечь блинчиков. Замесила тесто, достала масло и сметану. Когда хочу, у меня получаются отличные блинчики.

По телевизору началась совершенно неинтересная передача, и я направилась в комнату за своим телефоном и наушниками.

Открыла Вконтакте. Ого, мне пришло сообщение от Макса! Почему-то сердце гулко полетело куда-то вниз, когда начала его читать.

«Оля, привет. Неужели ты так сильно расстроилась из-за того, что я попросил тебя поработать со мной над автобиографией? Прости, если обидел. Я не хотел, честное слово!»

Я смотрю на слова. Перечитываю их еще раз.

«Уже давно простила», – пальцы печатают сами собой. Даже не успев осознать, что написала, я отправляю сообщение.

Через пару секунд приходит ответ.

«Правда? Значит, ты не злишься?»

«На тебя? Больше нет».

«Тогда открой мне дверь».

«Какую дверь?»

«Твою дверь. Я почти у тебя под дверью, уже из лифта выхожу».

У меня округляются глаза от удивления.

«А зачем ты выходишь из лифта?»

«Вчера ты приходила ко мне в гости, но из-за матча мы не успели поговорить. Сегодня это надо исправить».

И три лучезарно улыбающихся стикера-котенка.

Да, Макс Волков неподражаем.

У меня бешено колотится сердце. Не знаю, почему я нервничаю. Дверь открываю дрожащими руками.

Да, Макс действительно стоит, прислонившись к потертой стене, и улыбается точно такой же улыбочкой, как тот стикер с котенком, который он мне прислал. В руках у него маленький, очень красиво оформленный букетик разноцветных астр.

– Приветик, – он продолжает улыбаться, и я чувствую, как щеки вспыхивают румянцем.

– Привет, – все еще чувствуя неловкость, я улыбаюсь ему в ответ. – Проходи. Я как раз собираюсь печь блинчики.

– Блинчики? – оживляется Макс. – Обожаю горячие блинники со сметаной!

Потом он спохватывается.

– Ой, это тебе, – и сует мне в руки букетик.

– Спасибо, – я снова смущаюсь. Мне давно не дарили цветов.

– Заходи, будем печь блины вместе, – лукаво посматриваю на него я.

– У меня уже текут слюнки, – довольно потирает руки он.

На душе хорошо от того, что он пришел. Как будто, так и должно быть.

Макс садится за кухонный стол и начинает дразнить Жужу.

– Какая смешная собака, – разглядывая нашего нового питомца, хмыкает он. – Что за порода?

– Не знаю, – пристраивая букетик в стакан с водой, отзываюсь я. – Надо будет у хозяйки спросить.

Я пеку блинчики, а Макс все время что-то говорит. Комментирует Жужу, показывает ей язык, передразнивает комментатора, пытающегося произвести контрольную закупку в каком-то торговом центре.

Не знаю, как у него получается нести чепуху, от которой хохочешь до коликов в животе. Кажется, у меня истерика. Даже на глазах выступили слезы от смеха.

Я ставлю перед ним тарелку с готовыми, еще дымящимися блинчиками.

– А как прошел вчерашний матч?

– Плохо. Команда Кирилла продула со счетом один ноль, – веселость тут же сходит с лица моего привлекательного гостя. – Историю он тоже завалил. Так что никакой вечеринки в клубе теперь не будет.

– Кирилл сильно переживает?

– Еще бы! Он ведь уже всех пригласил на свою вечеринку, понимаешь? Теперь друзья будут с презрением фыркать в его сторону!

Я расставляю кружки, наливаю чай и сажусь напротив.

– А почему ты не хочешь ему помочь устроить для всех праздник? Не в папином клубе, а в другом месте?

– Оля, но ведь если за Кирилла все время решать его проблемы, он же ничему не научится! Ладно, проигрыш, это мелочи. Там вся команда виновата. Но историю сдать можно было! Три параграфа! А он не сдал.

Макс хмурится и обильно поливает блинчик сгущенным молоком.

Я с интересом посматриваю на него. Макс Волков начинает открываться мне с другой стороны. Оказывается, он не такой уж и безответственный.

Честно говоря, мне жаль Кирилла. Шестнадцать лет бывает раз в жизни.

– И как же теперь быть с днем рождения?

– Придумаем что-нибудь, – пожимает широкими плечами Макс. – Дай мне лучше еще один блинчик, а то сгущенки оказалось слишком много.

Я улыбаюсь и накладываю ему добавки.

Некоторое время мы просто едим. Судя по тому, с каким удовольствием уплетает Макс угощение, блинчики получились отменные. Я чувствую себя королевой. Н-да, не королева подиумов, но зато королева блинов.

В разгар трапезы на кухню вваливается Алена.

– А я думаю, чем тут так вкусно пахнет, – полностью игнорируя Макса, тянется к тарелке она.