Читаем Мировые религии. Индуизм, буддизм, конфуцианство, даосизм, иудаизм, христианство, ислам, примитивные религии полностью

И кому же среди бедных должны доставаться эти деньги? На этот счет тоже есть предписание: тем, кому они срочно необходимы; рабам, занятым выкупом своей свободы; должникам, которые не в состоянии выполнить свои обязательства; пришлым и странникам, и тем, кто собирает и распределяет подаяние.

Четвертый столп ислама – соблюдение Рамадана. Рамадан – месяц мусульманского календаря, священный месяц ислама, поскольку именно во время него Мухаммед получил изначальное откровение, а потом, десятью годами позже, совершил историческую хиджру (переселение) из Мекки в Медину. В память об этих двух великих событиях физически пригодные мусульмане (те из них, кто не болен, не участвует в войнах или неизбежных поездках) постятся во время Рамадана. С первого момента зари до захода солнца ни еда, ни питье, ни дым не проходят сквозь их уста; после захода солнца они могут умеренно подкрепить силы. Поскольку мусульманский календарь лунный, Рамадан приходится на разное время года. Когда он выпадает на зиму, его требования не выглядят чрезмерными. С другой стороны, когда Рамадан совпадает с нестерпимым летним зноем, продолжать какую-либо деятельность целыми днями и при этом не пить ни капли воды, – серьезное испытание.

Так почему же Коран требует этого? Прежде всего, пост заставляет задуматься, что подтвердит каждый еврей, когда-либо соблюдавший пост на Йом-Киппур. Далее, пост учит самодисциплине; тот, кто способен выдержать его требования, испытывает меньше трудностей, управляя аппетитом в другое время. Пост делает акцент на зависимость всего сотворенного от Бога. Люди, как говорится, непрочны, словно розовые лепестки, и тем не менее они важничают и претендуют на большее. Пост напоминает человеку о его хрупкости и зависимости. И наконец, пост обостряет сострадание. Только тот, кто побывал голодным, может понять, что значит голод. Люди, ежегодно постящиеся в течение двадцати девяти дней, способны проявить больше внимания, когда к ним обращается голодный.

Пятый столп ислама – хадж, или паломничество. От каждого мусульманина, имеющего физические и финансовые возможности, ждут, что однажды в жизни он совершит путешествие в Мекку, где впервые было явлено наивысшее откровение Аллаха. Основная цель этого паломничества – повысить преданность паломника Богу и его явленной воле, но на практике оно приносит и побочную пользу. К примеру, служит напоминанием о равенстве людей. По достижении Мекки паломники меняют свою обычную одежду, свидетельствующую о положении в обществе, на два простых одеяния, напоминающих покрывала. Таким образом, все приближаются к земному средоточию ислама, будучи одетыми одинаково. Различия в положении исчезают, и принц, как и нищий, предстают перед Богом в своей безраздельной человечности. Кроме того, паломничество способствует международным отношениям. Оно сводит вместе людей из разных стран, демонстрируя тем самым, что их объединяет преданность, превосходящая преданность своей стране и народу. Паломники получают сведения о других землях и нациях и возвращаются домой, лучше понимая друг друга.

Пять столпов ислама – то, что должны делать мусульмане, дабы избежать падения дома ислама. Есть и то, чего они делать не должны. В этот список входят азартные игры, воровство, ложь, употребление в пищу свинины, употребление опьяняющих напитков и неразборчивость в половых связях. Даже те мусульмане, которые нарушают эти правила, признают свои поступки нарушениями.

Если не считать милостыни, предписания, которые мы рассматривали в этом разделе, относятся к личной жизни мусульман. Теперь обратимся к социальным учениям ислама.

Социальные учения

«О люди! Внемлите моим словам и прислушайтесь к ним! Знайте же, что каждый мусульманин – брат всем другим мусульманам, и что отныне вы единое братство». Эти слова, произнесенные пророком во время его «прощального паломничества» в Мекку незадолго до смерти, олицетворяют самые возвышенные идеалы и предметы особого внимания ислама. Вторжение национализма в последние два столетия внесло хаос в эти идеалы на политическом уровне, но на общественном они явно не пострадали. «В религиозной культуре ислама есть то, что внушает даже самому смиренному земледельцу или лавочнику по отношению к другим достоинство и учтивость, каким нет не только превосходящих, но и равных в прочих цивилизациях», – писал один ведущий специалист по исламу[200].

Перейти на страницу:

Все книги серии Религии, которые правят миром

История Библии. Где и как появились библейские тексты, зачем они были написаны и какую сыграли роль в мировой истории и культуре
История Библии. Где и как появились библейские тексты, зачем они были написаны и какую сыграли роль в мировой истории и культуре

Библия — это центральная книга западной культуры. В двух религиях, придающих ей статус Священного Писания, Библия — основа основ, ключевой авторитет в том, во что верить и как жить. Для неверующих Библия — одно из величайших произведений мировой литературы, чьи образы навечно вплетены в наш язык и мышление. Книга Джона Бартона — увлекательный рассказ о долгой интригующей эволюции корпуса священных текстов, который мы называем Библией, – о том, что собой представляет сама Библия. Читатель получит представление о том, как она создавалась, как ее понимали, начиная с истоков ее существования и до наших дней. Джон Бартон описывает, как были написаны книги в составе Библии: исторические разделы, сборники законов, притчи, пророчества, поэтические произведения и послания, и по какому принципу древние составители включали их в общий состав. Вы узнаете о колоссальном и полном загадок труде переписчиков и редакторов, продолжавшемся столетиями и завершившемся появлением Библии в том виде, в каком она представлена сегодня в печатных и электронных изданиях.

Джон Бартон

Религиоведение / Эзотерика / Зарубежная религиозная литература

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
100 великих кладов
100 великих кладов

С глубокой древности тысячи людей мечтали найти настоящий клад, потрясающий воображение своей ценностью или общественной значимостью. В последние два столетия всё больше кладов попадает в руки профессиональных археологов, но среди нашедших клады есть и авантюристы, и просто случайные люди. Для одних находка крупного клада является выдающимся научным открытием, для других — обретением национальной или религиозной реликвии, а кому-то важна лишь рыночная стоимость обнаруженных сокровищ. Кто знает, сколько ещё нераскрытых загадок хранят недра земли, глубины морей и океанов? В историях о кладах подчас невозможно отличить правду от выдумки, а за отдельными ещё не найденными сокровищами тянется длинный кровавый след…Эта книга рассказывает о ста великих кладах всех времён и народов — реальных, легендарных и фантастических — от сокровищ Ура и Трои, золота скифов и фракийцев до призрачных богатств ордена тамплиеров, пиратов Карибского моря и запорожских казаков.

Николай Николаевич Непомнящий , Андрей Юрьевич Низовский

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное