Мой неповторимый геном

У человека этот ген, получивший название APVR1A, существует в трех вариантах. Лихтенштейн с сотрудниками протестировали его у 552 близнецовых пар и их половых партнеров, а затем попросили испытуемых ответить на ряд вопросов об их взаимоотношениях. И представьте себе: генный вариант 334, ответственный за полигамию, ассоциируется с непостоянством его обладателя! Женщины, чьи мужья были носителями двух таких вариантов, высказывали претензии по поводу поведения своих половин чаще, чем те, кому с генами мужей повезло больше. Разлады в семье у таких мужчин происходили в 35 % случаев против 15 % у мужчин с другими вариантами данного гена. К тому же число женитьб в этой группе было вдвое меньше, чем во всех других. Авторы подчеркивают, что эти наблюдения никоим образом нельзя использовать в качестве основы для предсказания поведения будущего супруга, но это замечание как-то осталось незамеченным публикой.

Браун мой рассказ об этой работе явно заинтересовал, но я умолчала о том, что знаю о существовании одной небольшой лаборатории в Аризоне, которая уже предлагает услуги по тестированию гена APVR1A. Мне хотелось поговорить не только о сексе и супружеских изменах.

Не так давно Нейл Риш и Эстебан Гонзалес Бурчард из Калифорнийского университета сообщили о результатах обследований двух групп латиноамериканцев. По их мнению, спутников жизни в этих группах «выбирают» по принципу сходства этнических корней. Сравнение генетических маркеров, рассеянных по всему геному, показало, что мексиканские супружеские пары в основном имеют общие индо-европейские корни; подобные предпочтения обнаружены и у пуэрториканских пар, только общие корни другие — афро-европейские[108]. «Люди как-то оценивают претендентов на их руку и сердце, даже не осознавая это», — писал Бурчард в New Scientist

[109].

Может быть, и меня кто-нибудь отверг, «учуяв» что-то неладное в моих СОМТ- или SERT-генах? Или я сама обошла кого-то стороной по вполне конкретным причинам, даже не подозревая об этом? Браун прервала мои размышления, предложив подвинуться поближе к экрану и посмотреть, как обстоят дела с моими предпочтениями.

Она ввела в компьютер коды — мой и моего друга. На экране появилась шкала, проградуированная в процентах. Стрелка указывала на 70. «Что бы это значило?» — подумала я. Все разъяснил прилагаемый текст:

Ваш генетический статус предполагает высокий уровень биологической совместимости — хорошая основа для прочной долговременной связи. Члены пар с таким статусом обычно испытывают взаимное физическое влечение и страсть. Но помните, пожалуйста: для сохранения гармонии во взаимоотношениях важна не только биологическая совместимость, но и социальная.

— Прекрасно! — заключила Браун. — Показатель совместимости для большинства обследованных нами пар находится в диапазоне от 60 до 80 %. Можно сказать так: вы привлекательны для вашего друга на 70 %. Посмотрим, какого типа эта привлекательность. Если бы все ваши HLA-гены были разными, вы испытывали бы друг к другу испепеляющую страсть, но даже если бы общих генов было меньше, вы все равно подходили бы друг другу. В реальности вы чувствуете себя друг с другом уверенно — вы понимаете, что я хочу сказать?

Если честно — не очень.

Браун тем временем извлекла данные Джея, которого я представила ей как плейбоя.

— Вау! Соответствие почти полное, — воскликнула она, указывая на шкалу. — 80 %!

Эта генетическая комбинация говорит о прекрасных взаимоотношениях, а также о несомненном физическом влечении. Партнеры находят друг друга в высшей степени привлекательными. Это важно, поскольку отсюда следует, что гармония в интимных отношениях сохранится надолго. Но помните, пожалуйста: для этого важна не только биологическая, но и социальная совместимость.

— Здесь все отлично. Вы ему действительно нравитесь?

Я промычала в ответ что-то невразумительное. Ведь идея состояла в другом — родить ребенка и вместе заботиться о нем.

— О, это будет прекрасный ребенок! Я хотела сказать — вероятнее всего, беременность у вас пройдет благополучно.

* * *

— Что там с нашими тестами? — спросил меня Джей по телефону из Копенгагена.

Он сидит сейчас в кафе с «хорошенькой девушкой», сообщил Джей мне, но по-прежнему весь в заботах о продолжении рода.

Пришлось сказать, что, похоже, я самый подходящий для него партнер.

— Я так и знал!