Мой первый, или Ошибка прокурора

Он накрыл мою руку своей, а второй потянулся к красному клатчу.

Я инстинктивно придвинула клатч к себе.

— Простите?

— Кхм… Клатч.

— Что «клатч»?

Он несколько мгновений озадаченно смотрел на меня, а потом произнес:

— Хочешь, потанцуем?

«Потанцевать?! С ним?! О, боги!»

— Хочу.

— Эта вещица будет мешать.

— Не будет, — уверенно кивнула я. Хотела сказать, что скоро вернется подруга и заберет его, но вместо этого улыбнулась ему глупейшей улыбкой.

Он смотрел на меня долгим пронзительным взглядом, от которого по коже прокатилось волна колючих мурашек.

— Что ж, не будет так не будет, — чуть хрипло выдохнул он и, поднявшись, резко дернул меня к себе.

Покачнувшись, я не успела опомниться, как уже тонула в его объятиях на танцполе. От него исходил дурманящий разум запах — что-то истинно мужское, смешанное с терпким восточным ароматом туалетной воды.

Внутри меня вспыхнуло что-то странное. Мыслей почти не было. По телу прокатилась дрожь, и я вдруг решила, что хочу только одного: чтобы незнакомец с красивым именем Руслан стал моим первым здесь и сейчас.

Глава 4. Прокурор

«Мать моя женщина, да они тут все в красном! И красные сумки через один!»

Столько девиц в облегающих красных платьях в одном месте прокурор не встречал ни разу в своей жизни.

Да и Мокрушин, судя по всему, хоть и бывалый следак (полтинник в этом году стукнет), а был обескуражен представшим взору выбором. Переодетые в наиболее соответствующую их ролям одежду, они протискивались через толпу девиц к барной стойке.

— Наши люди задержали бармена, — ожил в ухе у Шувалова мини- микрофон. — Давай, Андрей, твой выход. Девка сидит за крайним столиком к бару. Просто подойди и разговори ее. Спроси имя и забери клатч.

Шувалов кивнул Мокрушину и мельком взглянул на свое отражение в стекле. Волосы были уложены в прическу «после секса», верхние пуговицы светлой рубашки расстегнуты, джинсы и кроссовки ничем не выдавали его официальную должность.

Он свое дело знает, Матвей может не стараться с инструктажем.

Подогретые коктейлями девицы в красном оборачивались и прожигали Шувалова жадными раздевающими взглядами. И не зря прожигали: там было на что посмотреть. Шувалов спуску себе не давал — с шестнадцати лет много времени проводил в спортзале. Он дзюдоист, коричневый пояс в прошлом году был получен вполне заслуженно.

Взгляды развратниц в красных платьях тешили его самолюбие. Было приятно осознавать, что ты небезразличен такому количеству девушек.

Шувалов занял место за барной стойкой, поднял взгляд, и что-то кольнуло в сердце.

Ее сапфировые глаза он подметил сразу. Кто-то в следственном отделе однажды обронил фразу: «Все начинается со взгляда».

Их взгляды встретились: его — серые, холодные, как сталь, и ее — нежные, как синее весеннее небо. Опалило в одно мгновение: «Моя». А потом разлетелось на мелкие острые осколки: у девушки с сапфировыми глазами под красивыми тонкими пальцами лежал проклятый красный клатч.

Ну, конечно… Чудес не бывает. Если ему приглянулась, то обязательно будет в стане врагов.

«Пожалуйста, будь кем угодно, но не Лерой!» — умоляло сознание.

— Андрей, видишь объект? Твой выход! — ожил микрофон.

Вдохнув полной грудью, Шувалов отринул все сомнения и двинулся навстречу девчонке. Не хватало еще из-за внезапной глупости завалить операцию!

— Привет. Я Руслан. Ты Лера?

Она кивнула в знак согласия, и его сердце заколотилось в полном раздрае: «Жаль. Очень жаль».

— Привет, —робко улыбнулась она, но почему-то не отдавала клатч.

— Андрей, пригласи ее танцевать! — занервничал микрофон в ухе. — Если не отдаст клатч, веди прямо по коридору, там будет дверь «ВИП». Первая кабинка оплачена. Толкнешь дверь, заведешь внутрь и заберешь у нее клатч. Никуда не выпускай ее оттуда, слышишь? Пока опергруппа ее не возьмет.

Вытащив фиалку с сапфировыми глазами на танцпол, Шувалов властным движением руки привлек ее к себе.

Под жадными взглядами они с девушкой начали медленно двигаться в танце.

Она подрагивала в его руках, но не сопротивлялась, лишь прожигала его откровенным взглядом своих сапфировых глаз — хрупкая, нежная, умопомрачительно пахнущая чем-то приятным из давно забытого, родного.

Ее нежные губы приоткрылись, и Шувалова бросило в жар. Чистый, невинный взгляд, дрожь от его прикосновений… Инстинкт завоевателя сработал против разума. Он ее хотел — прямо здесь, прямо сейчас. Присвоить, сделать своей раз и навсегда.

Борясь с инстинктом из последних сил, Шувалов не спускал с нее глаз. Как, мать вашу, может совмещаться эта бесхитростная невинность и то, что она держит в клатче?! Зачем она пошла на преступление? Ее же надолго закроют… Чего ей не хватало?!

«Шувалов, ты как будто вчера родился! Денег она решила заработать, вот и весь ответ», — мысленно одернул он себя с горькой усмешкой, а сам нежно поглаживал ее спину и не мог оторвать взгляд от ее манящих губ.

В брюках стало тесно. Разум померк. Все, чего ему хотелось в тот момент, это затащить девчонку в кабинку «ВИП», впиться собственническим поцелуем в ее губы, а потом присвоить.